Пиранья

С хрустом распечатав-свинтив пробку с высокой прямоугольной бутылки хорошего виски, Рональд, как и положено отцу-командиру, не стал пить первым, передал бутылку чернокожему соседу, и тот, с повадками завзятого советского пьяницы мысленно сосчитав присутствующих и точно вычислив свою долю, присосался к горлышку. Потом бутылка пошла по кругу. Вон как у них запросто, с легкой завистью подумал Мазур — в открытую, сразу после успешного отхода. У нас такое редко случается, а жаль, откровенно говоря, добрый глоток хорошо напряг снимает…

Когда бутылка дошла до него, он, естественно, не стал жеманиться и вспоминать о высоком моральном облике, каковой советский человек обязан сохранять за рубежом — никто его не заложит тому же Панкратову, к тому же места, над которыми они сейчас летели, к счастью, не охвачены антиалкогольной кампанией, необозримым лесным пожаром полыхающей на просторах Отечества. Он попросту, как тот негр, прикинул свою законную долю и разделался с ней в четыре добрых глотка, благо виски был хорошим, ничуть не напоминавшим поганую бангальскую самогонку. Интересно, но ему показалось, что в глазах сидевшего напротив Рональда мелькнула, ну, совершенно та же мысль… Почему бы и нет?

— Наш гость, я вижу, изволил ожить, — усмехнулся Рональд, наклонился, выдернул кляп изо рта пленника и продолжал все так же по-английски: — Как себя чувствуете, милейший? Что молчите? По глазам видно, понимаете, английский здесь — международный язык общения у субъектов вроде вас… Ну?

— Нормально, — отозвался пленный, видя, что ботинок юаровца недвусмысленно целит ему в физиономию.

Рональд продолжал с нескрываемой издевкой:

— Значит, вы — марксист, дружище? Несгибаемый приверженец Ленина… Лозунги провозглашать будете? А умирать с гордо поднятой головой, выкрикивая проклятия империализму?

— Видел я ваш марксизм, — пробурчал пленный. — И империализм тоже…

И добавил, на каком именно предмете. Ничуть не обидевшись за этакое поношение марксизма, Мазур весело подумал: ну конечно же, клиент не идейный, а значит, с ним все пройдет легко. Полковник Мтанга будет доволен — да и Мазурово начальство тоже… Хорошо съездили.

Глава двенадцатая

Согласно законам гостеприимства

Стоя рядом с жандармом в оранжевом берете, Мазур из окна второго этажа цепким профессиональным взглядом разглядывал площадь и окрестности — и пока что не находил оснований для беспокойства. Пожалуй что, все схвачено…

Через пару минут к нему подошел управляющий рудником, осанистый француз с красивой проседью и ленточкой Почетного Легиона на лацкане белоснежного пиджака (лягушатники орденские ленточки носят именно что на лацканах, даже на пальто). Чуть склонил голову — небезупречно вежливо, но без тени подобострастия, конечно.