Пиранья

Четверо дозорных, по обе стороны дороги, а за ними — казавшиеся нескончаемыми вереницы камуфляжников, бегущих размеренной, отработанной трусцой под ритмичные выкрики командиров:

— Квум-квум, чей-чей…

Ни один и не посмотрел в сторону стоявших посреди дороги «морских дьяволов» — ни к чему им сейчас пустое любопытство. Все поголовно это были кафры, но совсем другие, ничуть не похожие на драпавшую по мосту толпу: спокойные, несуетливые, с равнодушными лицами, молодежи, в общем, и нет, все в годах. Ручной пулемет, и еще, и еще, двое катят безоткатную пушку советского десантного образца, ага, и гранатометы есть…

— Квум-квум, чей-чей…

Мазур подумал, что история порой выкидывает самые затейливые фортели. Во времена его пионерского детства этих людей полагалось не на шутку ненавидеть, поскольку тогда они обитали на родине, в Даире, и воевали под презренными стягами Чомбе, считавшегося в ту пору главным супостатом и воплощением зла на африканском континенте (разумеется, после юаровских и родезийских расистов).

С тех пор прошло чуть ли не пятнадцать лет. И ясно теперь, что Чомбе был не воплощением зла, а всего-навсего одним из многочисленных сепаратистов, пытавшихся отделить от Конго свою провинцию Батанга. Не подарок, но и не черт с рогами… После его гибели и подавления мятежа несколько тысяч так называемых «батангских жандармов», справедливо предполагая, что ничего хорошего их не ждет, перешли границу и осели в Бангале — благо племя, к коему они принадлежали, обитало по обе стороны границы. А здесь, вот парадокс, так уж вышло, что они примкнули к партизанам именно той партии, что сейчас пришла к власти. Да так и остались верными сторонниками. Народ был видывавший виды, битый, вареный в семи щелоках и давно разучившийся драпать от кого бы то ни было.

Ситуация стала чуточку получше. «Жандармов» примерно с батальон, кое-что у них имеется, помимо легкого стрелкового, прикроют не такой уж протяженный участок фронта (не имевшего, впрочем, четко очерченной линии), какое-то время, если на них выйдут, будут всерьез мешать попыткам буров навести переправы. А там, смотришь, и регулярные части подтянутся…

— Вперед! — распорядился Морской Змей.

Цепочкой, быстрым шагом они двинулись в прежнем направлении. Ничего сложного им уже не предстояло — всего-навсего протопать километров десять до реки, погрузиться на катера и несколько часов двигаться на север по паутине речных притоков, чтобы выйти к месту, где ждали вертолеты…

Глава одиннадцатая. Черное солнце

Обустраивать подходящее помещение в суматохе не пришлось — большую комнату на первом этаже давно, как только группа набрала полную численность, приспособили под «зал заседаний», принесли достаточно стульев.