Пиранья

Очень уж неуютно стало внутри, дышать ну совершенно нечем… Все четверо проворно отступили подальше, держа под прицелом оба люка.

Точно, не камикадзе: и башенный, и второй люк звонко распахнулись, оттуда, живописно окутанные клубами дыма, чихая, ничего толком вокруг не видя, ломанулись затворники. Первого галантно подхватил за шиворот Мазур, рванул вниз, на себя, приложил легонько и свалил мордой вниз, на сухую красноватую землю. Второго принял Лаврик, третьего — Морской Змей, поступив с дорогими гостями точно так же. Из люков валил нашедший выход дым, но четвертого, надо полагать, и не было — ни малейшего шевеления внутри, а затаиться в таких условиях невозможно, тут любой супермен перхать начнет, как худая овца…

— Вот этот нам и надобен… — хмыкнул Лаврик.

Действительно, двое оказались кафрами, а первый слева — белым, с офицерскими причиндалами на погонах. Им перед выходом показали листок с рисунками юаровских знаков различия. Примерно соответствует капитану. Пленные лежали смирнехонько, разве что, выкашливая остатки дыма — сытный народ, лоси, как на подбор, прекрасно понимают, что в их положении дергаться глупо…

Тот берег оставался пустым и тихим. Зато из леса показался Ушан, привычно придерживая на бегу рацию, чтобы не колотила по спине. Кивнул Морскому Змею:

— Жандармы на подходе. Только что связывались. Код правильный, опознаватель прежний…

В лесу стояла тишина — даже если на этот берег и переправились разведчики, то сейчас, видя, чем обернулось дело, они, конечно же, затаились…

— Руки свяжите, — кивнул Морской Змей на белого. — Пора сматываться, кина не будет, кинщик заболел…

Он свистнул, и из леса с двух сторон показались остальные. Дальнейшее происходило быстро и незатейливо — пленному умело связали руки, поставили в середине цепочки, выделив ему Викинга в персональные опекуны, обоих ненужных кафров оставили на месте. Хмурый и Вакула выдвинулись метров на полсотни вперед в качестве дозора и боевого охранения, а следом двинулись остальные, не расслабляясь и держа оружие наготове.

Они не прошли и километра, когда дозорные остановились, подняв автоматы. Почти сразу же Хмурый поднял свободную руку, сделал выразительный жест кому-то пока невидимому и, явно получив успокоивший его ответ, не спеша двинулся вперед, вместе с напарником выйдя на середину дороги.

А там все расслышали негромкие размеренные крики:

— Квум-квум, чей-чей…"

"Тогда вся цепочка вышла на дорогу, пропуская двигавшихся им навстречу по обочинам цепочки вооруженных людей.