Пиранья

 — Да и с моральным обликом, как мне докладывают, у вас обстоит не лучшим образом… Старший лейтенант Мазур…

— Да, товарищ генерал-майор?

— Что за шашни вы там разводите с иностранной гражданкой? Я имею в виду капитана Рамону Родригес.

Мазур легонько пожал плечами:

— Мы с ней координируем некоторые совместные действия определенных служб…

— И в койке тоже координируете? — с довольно гаденькой улыбочкой осведомился Рогов. — Когда на ночь исчезаете из расположения части и объявляетесь только поутру? Да еще самым беззастенчивым образом обжимаетесь в машине?

Ох, Мазур бы врезал… От всей души и качественно. Но это — из разряда несбыточных мечтаний…

Рогов наставительно сказал:

— Товарищ старший лейтенант, зарубите себе на носу: конечно, с Республикой Куба мы находимся в союзных, можно сказать даже, братских отношениях. Но это не означает, что эти отношения нужно доводить до совместных кувырканий в койке. Речь, повторяю, идет об иностранной гражданке, — он прищурился: — А ведь вы, насколько мне известно, состоите в законном браке?

Мазур видел, как Филатов украдкой покосился на напарника, как по его лицу пробежала легкая тень недовольства. Но он тут же придал себе самый равнодушный вид: ну понятно, и ему против этакого рожна не попрешь… Он только проворчал:

— В конце концов, главное не в этом…

— Ну разумеется, Вениамин Степанович! — живо подхватил Рогов. — Однако никак нельзя упускать и такие вроде бы мелочи. Моральный облик советского человека, представляющего здесь нашу Родину в столь непростых условиях, должен быть безупречен… Я надеюсь, товарищ старший лейтенант, вы сделали для себя должные выводы?

— Так точно, — угрюмо сказал Мазур. «Умеет работать, сволочь, — подумал он не без некоторого уважения. — Вроде бы и не было посторонних свидетелей их расставания с Рамоной, а вот, поди ж ты…»

— Ну что же… — сказал Филатов, словно подводя итог. — Некоторую ясность мы внесли… И вот вам мой дружеский совет, товарищи офицеры: постарайтесь жить скромнее… Вы поняли?

Рогов добавил:

— Если случится очередное ЧП или… — он многозначительно глянул на Мазура, — или какая-нибудь аморалка… Дела, я обещаю, примут гораздо более жесткий оборот. Напоминаю: при всем вашем нынешнем выгодном положении вы остаетесь частичкой Вооруженных Сил, что является как большой честью, так и большой ответственностью…

Из здания они вышли молча, понурив головы. И довольно долго еще шагали молча по вымощенному булыжником плацу.