Пиранья

– Глумишься? Упиваешься победой? Вроде не в твоем стиле… Тем более – мы сейчас вроде как по одну сторону фронта, и не собственному хотению, а по командирову велению…

– Да не глумлюсь я, – устало произнес Мазур. – И насчет собственного нехотения всецело согласен… Просто не желаю заниматься всей этой мутотой с чеченами и олигархами, не желаю – и все тут… Чутье вещует, что в дерьме вываляемся по самые уши, отсюда некоторая нервозность и перегибы в словах.

– Чутье – это серьезно… Да только, я так понимаю, у тебя, как и у меня, выбор не богатый. Раз впутался – пищи, но бежи, задний ход уже не врубишь, момент упущен…

Стробач встал, подошел к бару, где Мазур оставил бутылку, налил себе еще вискаря.

– А ты, похоже, ничуть не удивился, увидев меня сегодня?

– А чему тут удивляться? Что служим мы разным… работодателям, я и так знал.

– Например, ты мог удивиться, увидев меня живым. И, наверное, хочешь спросить, почему меня не шлепнули после того, как я вернулся к моим нанимателям с пустыми руками и рассказами о хитром и ловком Мазуре, который меня переиграл?

– И в мыслях не было спрашивать, – совершенно искренне сказал Мазур. – Все и так понятно. Наши с тобой наниматели – люди прагматичные, которые привыкли все тщательно взвешивать и обходиться без эмоций. Это в какой-нибудь, прости господи, Латинской Америке раздосадованный босс сперва всадит в тебя пули из всех револьверов и только потом задумается, а с кем же ему теперь работать…

В отличие от Стробача, Мазур пил крепкоградусный ячменный напиток на западный манер – небольшими глотками.

– Твои боссы решили, что нецелесообразно вводить в игру новые фигуры, тратить уйму времени на доскональную проверку новобранцев. Да и нет у них этого времени, к слову говоря. А неудачи… Ну, проколы, в конце концов, бывают у всех. Станешь убирать людей за неудачи – профессионалы быстро закончатся, где новых брать? А к тому же… ты теперь вроде как должник перед ними. Будешь не только пайку отрабатывать, но и подаренную жизнь.

– Ты дывысь, який розумный…

Стробач осушил еще один бокал с виски. Похоже, его не слишком волновало, что он может напиться на глазах у командиров.

– Раз уж зашел разговор о нашей последней встрече… Если ты надеешься, что по гроб буду тебе обязан за то, что не шлепнул меня в той гребаной обезьяньей хате, то запомни…

– Брось ерунду городить, Стробач! – перебил его Мазур. – И вообще дергаешься не по делу.

– Нет, это ты брось! – сорвался Стробач. – Я у тебя жизнь не вымаливал, в ногах не валялся! Поэтому уж тебе-то я точно ничего не должен. Запомни это хорошенько! Так что не надо корчить главного и пытаться командовать.

«Вот же послал бог напарничка, – подумал Мазур. – На конкурсе „Самый неподходящий партнер“ он боролся бы за призовое место».