Пиранья

Внутри особняка их встретили столь любезная Оксане искусственная прохлада и молодой человек в белой рубашке с короткими рукавами, с которого можно было садиться писать картину «Типичный клерк в офисе».

– Здравствуйте, Кирилл Степанович, – голосом хорошо отрегулированного робота произнес Типичный Клерк. – Меня зовут Сергей, мне поручено препроводить вас к шефу. Какое-то время, чтобы привести себя в порядок, вам требуется? Нет? Тогда, пожалуйста, за мной. Вас ждут.

Он показал рукой на гостеприимно распахнутую кабину, сверху донизу зеркальную и размером с кабинет главной бухгалтерши в фирме, правда – фирме не слишком высокого полета.

– Нам предстоит спуститься на девятый подземный этаж? – поинтересовался Мазур, сохраняя на лице предельно серьезное выражение.

– Нет, – бесстрастно, как и положено роботу, ответил клерк Сергей. – Нам нужно подняться на второй этаж.

В Мазуре взыграл то ли дух противоречия, то ли элементарное мальчишество.

– Я не такой уж старенький, как кажусь, на второй этаж привык без лифта подниматься. От моей прогрессирующей подагры ходьба по ступеням, говорят, хорошо подмогает. А вы поезжайте, други сердешные, я вас догоню.

И направился к лестнице.

– Кирилл Степанович, зачем… – вырвалось у клерка с явно проступившей в голосе досадой.

«Ага, эмоции! – со злорадством подумал Мазур. – У киборга случился сбой в программе. Теперь гляди в оба, как бы все микросхемы не полетели».

Оба его провожатых обреченно потопали следом. Глупо с их стороны было бы бросить дорогого гостя одного, а самим раскатывать на лифте.

По лестнице Мазур поднимался неспешно, с интересом оглядываясь по сторонам. Можно сказать – изучал, как люди совсем уж богатые устраиваются в своих особняках. Мы-то, конечно, тоже не плебеи, однако для таких хором рылом все-таки не вышли… Ну, просто любопытно ему стало."

"Что в холле, что на лестнице наблюдалось, по-научному выражаясь, торжество эклектики, то бишь механического соединения разнородного, подчас и вовсе несоединимого. Скажем – явно оставшееся с ранешних времен мозаичное панно, изображавшее некий колхозный праздник в стиле «Кубанских казаков», соседствовало с медленно проворачивающейся на постаменте абстрактной скульптурой в стиле мобайл, сработанной из скрученных металлических полос и проволочных усиков.

Сие отдавало некоторым сюрреализмом, но, как ни странно, неплохо сочеталось друг с другом. Притяжение противоположностей? Видимо, над интерьером вдумчиво поработал грамотный дизайнер – но уж точно не супруга богатея. Олигарх был холост. Кстати, в каком-то интервью Малышевский заявил, что женится в сорок три года, ни раньше и ни позже – дескать, такой график жизни он себе составил.