Пиранья

Равно как выслушивать охи и соболезнования.

– Еле выношу даже короткие перебежки под палящим солнцем. Что поделать, северный я человек…

– Откуда? – без всякого любопытства поинтересовался Мазур.

– Ханты-Мансийск, – ответила Оксана. – До восемнадцати лет прожила в дыре, где солнце по-настоящему греет лишь два месяца в году.

Мазур кивнул – ну да, понятно: буровые, вяхиревские деньги – вот так она, должно быть, и попала в поле зрения работодателя Малышевского. И вежливо поддержал беседу:

– А в детстве, поди, казалось, что готова круглый год с утра до вечера жариться на пляжах?

– Вот именно. Теперь возможность жариться есть, а хочется, как это ни странно, тени и прохлады.

– Это как и с бананами, – поддакнул Мазур. – Когда их выбрасывали в продажу и за ними вытягивалась очередь длиной в квартал, думалось: дай только дорваться до бананового изобилия, вот уж тогда буду есть с утра до вечера. А сейчас бананы на каждом углу – и не хочется. Зато по-прежнему с удовольствием наяриваешь картошечку с селедочкой, которая уж вроде бы должна набить жуткую оскомину… Ан нет. Парадокс, как выражаются товарищи ученые, доценты с кандидатами… А этот герцог Бэкингем на часах – английский лорд, дворецкий или восковая фигура из личного собрания мадам Тюссо?

– Самый натуральный английский дворецкий, – сказала Оксана. – Стажировался при дворе и по сей день правящей Ее Величества королевы Елизаветы Второй, потом служил у всамделишного английского герцога, члена палаты лордов и владельца поместья в графстве Норфолк.

Дворецкий, о коем шел разговор – благообразный джентльмен самого чопорного обличья, прямой, как школьная указка, – стоял возле предупредительно распахнутой двери. Его лицо украшали бакенбарды, которыми не стыдно отсвечивать и возле особняков доподлинных пэров с сэрами. Обряжен он был в черный фрак, белую манишку с белой же бабочкой, руки обтягивают белые перчатки. Мазур невольно залюбовался колоритной фигурой. Это ж надо, в самом центре вильной Украины – натуральный английский дворецкий! Черт-те что творится на белом свете…

– Это случайно не тот одиозный персонаж, которого со скандалом выперли за кражи в Букингемском дворце?

– Абыдеть хотыте, да? – с кавказским акцентом произнесла Оксана. И продолжала уже серьезно: – Ну зачем нам работники с подобными рекомендациями? У нас же не советское предприятие с вечным недобором кадров. Свои кадры мы отбираем скрупулезно и тщательно…

Дворецкий склонил голову в величественном поклоне и с неподражаемым изяществом показал рукой на дверной проем: мол, ласково просимо, шановни джентльмены, ту ауа бьютифул грейт хату.