Пиранья

Мазур рывком поднял тело с пола, используя сиденье, как промежуточный трамплин. Стартовать пришлось из чертовски неудобной позиции, но бывало и похуже…

Он прыгнул ногами вперед, заплел ими шею человека в форме, свалил по всем правилам, использовав тело противника вместо подушки, смягчившей удар оземь. Отключил точным ударом, взмыл на ноги, прыгнул ко второму, только и успевшему, что отступить на шаг и удивленно разинуть рот… Удар. Второй. Ухватив за ворот и штаны, швырнул под машину, моментально отправил туда же и второго. Оба скорчились под бензобаком, словно эмбрионы. Мазур оглянулся. Метрах в десяти стоит темно-зеленый УАЗ-469, две передних дверцы распахнуты, и внутри никого больше нет. Машина старенькая, покрыта многочисленными вмятинами.

— Господа офицеры… — хмыкнул Мазур, покосившись на бесчувственных вертухаев.

Один из них был в чине старшего прапорщика, второй — та же курица, которая не птица, сиречь обычный прапорщик. Оба, с первого взгляда видно, изрядно поддавшие, небритые, в мятых кителях. Зато кобуры на поясе у обоих.

— Ваши? — спросил Мазур, заглянув в кабину.

— Наши. Абверовцы сраные, — отрешенно, с сомнамбулическим видом ответил водитель и закачался взад-вперед, выдыхая: — Ну ты мудак… ну ты подставил…

— Вали на меня, — сказал Мазур. — Вытерплю.

— На тебя, сука… у меня ж с ними счеты, притопят и разбираться никто не будет… что хотят, то и напишут… ну ты мне попадешься…

Видя, что время для светской беседы насквозь неподходящее — да и время поджимало, — Мазур вытянул из кабины сумку, кинул ключи водителю. В последний раз оглянулся на вырубленных — порядок, полная гарантия каталепсии еще на четверть часика — и подтолкнул Ольгу к стоявшему с работающим мотором УАЗу. На ходу предупредил:

— Хорошенько запоминай, где оставишь пальчики, потом протереть придется…

«Теперь уж точно объявят розыск, — подумал он, садясь за руль. — Но выбора нет никакого, так что придется перетерпеть…»

Рванул разболтанную, побрякивавшую всеми сочленениями машину, ухмыльнувшись некстати вынырнувшим воспоминаниям: кто-то и считает истории, когда прапорщиков принимали попервости за генерал-лейтенантов, армейскими байками, но в старые времена, когда только что ввели этих самых прапорщиков, иные дневальные — в основном из независимых ныне урюковых республик — и вправду ухитрились наделать немалого переполоху, кое-где в архивах особых отделов можно наткнуться на рапорты о достоверных курьезах.