Пиранья. Охота на олигарха

При всем своем разностороннем житейском опыте, Мазур никогда не набирался нахальства уверять, будто в совершенстве знает и понимает женщин, поскольку, по его твердому убеждению, такой супермен еще не родился на белый свет. И потому даже не пытался определить, что в ее взгляде таится – недвусмысленное обещание или простое кокетство. В конце-то концов, влюбленные рыцари и непорочные принцессы обитали в другой сказке, а вокруг них была самая доподлинная peaльность.

Сняв белую трубку, Олеся распорядилась:

– Пройдите у берега, как можно ближе... – звонко защелкнула обратно в гнездо белый параллелепипед на витом шнуре, повернулась к Мазуру: – Хочу вас, человека нового и непривычного, порадовать интересным зрелищем. Кода-то публика из театра расходилась к своим каретам, и это называлось «театральный разъезд». Сейчас, наверное, уместно будет говорить: «новорусский разброд». Не в смысле «разлад», а в смысле «разбрежаться».

Катер медленно шел вдоль берега, метрах в десяти от набережной, уже рассвело, и в нежном акварельном, нереальном утреннем свете Мазур увидел и в самом деле прелюбопытное зрелище: насколько хватало взгляда, по набережной смеющимися кучками и в одиночку устало брели дамы в экстравагантных туалетах, рассыпая вокруг острые лучики бриллиантового сияния, и кавалеры, в большинстве своем одетые отнюдь не в старинном стиле. Над пальмами витали смех, усталые, чисто по инерции звучавшие азартные выкрики, а также незатейливый русский мат.

– С такси в эту пору здесь хуже некуда, – сказала Олеся. – Вот и чапают наши хозяева жизни пешочком пару верст до своих люксовых отелей. Иногда дорога брильянтовыми сережками и прочей мишурой прямо-таки усыпана...

– Вы, часом, классовую ненависть не испытываете ли к своим работодателям? – спросил Мазур.

– Ни капельки. А вы?

– А на кой черт? – пожал он плечами. – Мне и без нее комфортно.

Он замолчал, всмотрелся, пытаясь определить источник казалось бы невозможных здесь звуков. Сдвинул верхнюю половинку выгнутого окна, прислушался. Нет, никаких сомнений – рассыпчатые переборы баяна.

Вскоре обнаружился источник музыки – особенно когда устало шагавшие дамочки стали рассыпаться в стороны с визгом и вполне цензурными комментариями. По-над берегом, под ожесточенный бряк бубенчиков, неслась запряженная медвежьей тройкой повозочка, сама по себе производившая немало шума.