Пин-код для Золушки

Мак или Арнольд? Трудно сказать. Хотя, похоже, они работают только по силовой линии: запугивание, «острые акции». Обычно такие люди не совмещают грубую работу с тонкой… Юнус-Юджин? Он как раз подходит на роль крысы: скверная репутация, если не сказать — полное отсутствие таковой, сомнительные сделки, шантаж…

Но это только догадки, и никто добровольно не даст ему точную информацию! Разве что если ее вырвать силой… Значит, надо «потрошить» кого-нибудь. Но кого? Ни Мака, ни Арнольда быстро выпотрошить не удастся, а может, и вообще не удастся с ними сладить. Роджер самолюбив и вряд ли легко выдает свои секреты… А вот предполагаемая крыса Юнус должен быстро «лопнуть» — морально-волевые качества вряд ли позволяют ему выдержать пытки или даже угрозы ими. Значит, если и начинать с кого-то, то этим «кем-то» должен быть Юнус, подходящий сразу по двум параметрам!

Хафиз поднял руку и жестом подозвал к себе Галиба.

Маори больше не каннибалы

Люди живут не в объективной реальности, а в своих представлениях о ней.

Земли маори начинались в сотне километров от Порт Ауэрто, если ехать вдоль океана через Побережье Бродяг. Белая «Тойота Камри» Уоллеса шла ровно и устойчиво со скоростью сто двадцать по такой же ровной, как и везде на Южном острове, дороге. Гафур сидел рядом и с интересом глядел по сторонам: рассматривал справа пригородные поселки, в которых причудливо перемешались отжившие свой век старые лачуги и вытесняющие их новые комфортабельные коттеджи, иногда поворачивал голову влево, где океан выкатывал на берег длинные-предлинные волны, колыша десятки шлюпок, баркасов, катеров и небольших парусных яхт у дощатых, потемневших от времени и воды причалов. Когда волнение усиливалось, лодки прятали в неказистые сараи и проржавевшие ангары на берегу, которые отнюдь не украшали пейзажа, но и не могли испортить его, теряясь на фоне величия океана.

Проехали дом Уоллесов, Энтони хотел было показать его спутнику, но что-то удержало: то ли подумал, что арабу из свиты шейха жилище покажется слишком бедным, то ли просто сработала привычка не делиться ни с кем личной информацией…

Поселки все ветшали, лачуги превращались в откровенные развалины и наконец закончились. Дорога отвернула от океана и плавно вошла в буш — неосвоенную местность, заросшую кустарником и нависающими над шоссе деревьями. Погрузившись в зеленоватый сумрак, Энтони сбавил скорость — под колеса могли выбежать животные, да и гладкий асфальт сменился бетонными плитами, на стыках которых «Камри» ощутимо подпрыгивала.