Союз пяти королевств. Трилогия

Прижавшись к его груди, она вслушивалась в биение сердца, а перед взором стояли лица родителей, каждую черточку которых она помнила наизусть: складку между бровями отца, плотно сжатые челюсти, развевающиеся на ветру темные волосы, тревожный и любящий взгляд мамы, готовящуюся сорваться с ресниц слезу и ласковую улыбку. Как давно она их не видела! Как отчаянно по ним скучала!

– Я замолвлю за тебя словечко, – прошептала Роуз и потянулась к губам Петра.

Пара смущенно разорвала поцелуй, когда в конце переулка послышались чьи-то шаги.

– Нам сюда, – Петр потянул Роуз к глухой стене, обвитой плетями плюща. Подойдя ближе, Роуз разглядела проход, сливающийся со стеной, если смотреть на нее прямо. – Так мы срежем треть пути до арки.

Улица, открывшаяся им, выглядела грязной и заброшенной: ни опрятных домиков, ни садов с цветами. Лица изредка встречающихся мужчин были мрачны и неприветливы.

– Это изнанка благополучной жизни четвертого лабиринта. Здесь живут изгнанники или люди, нелегально пробравшиеся сюда в поисках лучшей жизни. Полный контроль драконов над перемещениями между лабиринтами гарантирует достойное жилье и работу, но если ты отправляешься в путь на свой страх и риск, готовься к тому, что окажешься в клоаке.

Роуз заметила, как Петр вытащил нож и спрятал его под рукавом. Страх сжал ее горло, и девушка вцепилась в протянутую руку.

Время от времени им встречались пятна пожарищ, разрушенные дома, в которых все равно кто-то продолжал жить, сооружая скорее норы, чем жилье. Кое-как сколоченные доски, обрывки грязных тряпок, запах плохой пищи и нечистот, серые лица людей, провожающие подозрительным взглядом незнакомцев.

Что видела Роуз в своей жизни? Дворцовую праздность, которая разбавлялась острыми ощущениями от тайного побега на представления заезжего цирка, короткое заключение во дворце Лолибон, блуждание по лабиринту с Петром и спокойное, по-домашнему уютное пребывание в доме тетушки Катарины, где соседи – труженики и достойные люди. Принцесса не могла представить, что люди способны жить в таких условиях, постепенно превращаясь в зверей – опасных и от боли и безысходности становящихся еще злее.

– За нами идут двое, – у Роуз от страха задрожали коленки.

– Знаю. Скоро выберемся.

Петр резко дернул Роуз в сторону, и они оказались между высокими стенами, разделенными узкой тропой.

Преследователи перешли на бег, топот их ног раздавался все ближе. Роуз готова была поклясться, что слышит сиплое дыхание бродяг.

– Ступай только по белым камням, – шепнул Петр и подтолкнул Роуз в спину. – Это ловушка. Быстро!

Роуз пришлось приподнять полы плаща, чтобы видеть, куда ставить ногу. Она спешила, но страшно боялась оступиться – неизвестно, что прячется за пожухлой травой.