Пятеро смелых

– Приветствую вас, братья, – сказал этот тип, когда смех затих. – Меня прислал Мохаммад.

– Зачем? – удивился Галиб. – Это помещение отвели для нас!

– Мне не нужно ваше помещение. Я должен снять сюжет с русской.

– О том, как воины Аллаха наказывают грязных шлюх.

– Да, Гурди предупредил, что пришлет своего человека, – припомнил Вахид.

– Ты что же, и нас снимать будешь?! – не унимался старый боевик.

Оператор поставил камеру на край топчана и с интересом поглядел на пленницу.

– Нет, ваши лица Мохаммад снимать категорически запретил, – ответил он. – И вообще, прошу поменьше обращать на меня внимания. Развлекайтесь с ней так, словно никого здесь нет.

Хорошие сигареты с фильтром Лариса иногда покуривала. В тяжелые и нервные моменты она могла приговорить и полпачки, а вот действие наркотика испытала впервые. В обыденной жизни у нее не возникало ни желания, ни соблазнов травить себя этой гадостью.

Когда юноша, которому не было и шестнадцати, вставил в ее губы мундштук длинной тонкой трубки, она подчинилась и несколько раз втянула в легкие дым. Голова женщины затуманилась, тонкая вуаль приятной слабости прочно сковала мышцы. Зрение перестало различать лица мужчин, находившихся в трех шагах. Узнаваемым оставался только мальчишка, притащивший ее сюда из подвала и сидевший подле ног.

Кажется, его звали Вахид. Он периодически подносил к губам Ларисы трубку и заставлял ее затягиваться. Другой рукой юнец сдирал с пленницы остатки одежды.

Ее модные трусики валялись в дальнем углу комнаты. Туда же полетели сандалии и накидка. Лифчика на ней не было.

К Вахиду присоединился такой же молодой и неопытный недоросль по имени Джафар. Они тискали ее грудь, оглядывались на товарищей и отпускали сальные шуточки. Те в ответ посмеивались, пожирали глазами постепенно открывавшуюся наготу.

Вскоре в трубке, которую Вахид подносил Ларисе, сгорела вся смесь. Веселье достигло пика. Юнцы уложили пленницу на топчан и сообща стащили с нее юбку, которая тоже отправилась в угол.

Внезапно под потолком вспыхнули три точки. Настолько яркие, что ослепили Ларису.

Пленница прищурилась и с трудом разглядела мужчину, стоявшего над ней с большой видеокамерой. Вначале он снимал ее лицо, потом медленно навел объектив на обнаженную грудь.

В этот момент сознание женщины слегка прояснилось. Она поняла весь ужас происходящего. Возможно, этому способствовал мощный свет электрических фонарей или сам факт фиксации оператором ее наготы.

«Окно! – спонтанно родилась идея. – Оно довольно большое. Стекло в нем тонкое, с длинной трещиной! Я обязательно порежусь, а падение с высоты меня окончательно убьет».

Собрав последние силы, Лариса отпихнула нахальных мальчишек, встала и шагнула к окну, чтобы раз и навсегда покончить с кошмаром.