Японская война 1904. Книга пятая

Возможно, так и должен работать русский балет?

Сергей Юльевич давно мог бы снять себе приличный дом, но предпочитал жить «на ногах», в собственном вагоне, когда в любой момент можно сорваться с места и приехать к нужному человеку. Сегодня, впрочем, нужный человек сам ехал к нему, и бывший министр финансов честно признавался себе, что возможность погонять Макарова была ему приятна.

— Заметили за ним что-то в последнее время? — спросил он у своего адъютанта. Тоже Огинский, как у Макарова, и если раньше Витте не обращал на это внимание, то теперь тоже считал определенным знаком.

— Мне удалось напомнить одному человеку из окружения своего младшего брата о том, чье слово на самом деле играет роль в империи, — быстро закивал тот. — Теперь мы получили подтверждения тем радиоперехватам, что нам удавалось добыть раньше. Каждое утро, ровно в шесть ноль-ноль, личный связист Макарова передает на восток одну и ту же фразу. В Корее хорошая погода.

— Проводили замеры, сигнал сильнее всего именно с той стороны, а учитывая, что макаровцы используют направленные антенны… Точно!

Витте задумался, какие дела у генерала могли бы возникнуть в Корее, но… Все его части были на месте, после Дальнего он если и отправлял куда солдат, то только в Инкоу да в помощь Порт-Артуру. Но что тогда? Сергей Юльевич очень много поставил на будущие переговоры, которые могли бы перезапустить его карьеру, и не хотел упустить ни одной мелочи.

Если бы война шла неудачно, то хватило бы одного его имени и возможности для Николая перекинуть весь негатив возможных уступок на кого-то другого. А вот из-за успехов пришлось показать, что и он умеет держать руку на пульсе, и союзники в столице не подвели. Напомнили имя, подсказали, какие это дает возможности, да и Сергей Александрович поручился. Вот только, чтобы сделать все правильно, мало знать, куда можно отступить, нужно знать и болевые точки врага. А для этого Витте был нужен Макаров.

За окном началась суета, и Сергей Юльевич, даже не подходя к нему, понял, что гость уже приехал. Отправив Николая ему навстречу, он занял свое место и еще раз оглядел диспозицию. Макаров будет напротив окна — солнце не прямо в глаза, но неудобно. Стул мягкий, внешне не отличается от стула Витте, но сделан специально на заказ с небольшим уклоном. Сидеть на таком можно только в постоянном напряжении…

Бывают люди, которым нужно помочь расслабиться для правильного разговора, а бывают Макаровы — и из этих свое можно выбить только силой.

— Доброго дня, Сергей Юльевич, — генерал заглянул в купе с широкой улыбкой.

— Добрый день, граф Маньчжурский, — ответил Витте и довольно отметил про себя, что Макаров, кажется, успел позабыть о дарованной ему награде.

И очень зря.