Пять мгновений любви (СИ)

Ярослава так хотела вчера получить ответы, но в итоге окончательно утонула в той грязи, что ее полили. Разбираться ни в чем больше не хотелось, она лишь не могла понять, как Юра смог прийти к такому выводу о ней.

Когда Яра посчитала, что достаточно истратила холодной воды у друзей, она вышла из душевой кабины и уставилась на себя в зеркало. Синяки под глазами так никуда и не пропали, зато на шее обнаружился кровоподтек, который не заметила раньше. Это открытие пошатнуло ее внешнее спокойствие, и на глаза навернулись слезы. Немного поморгав, чтобы прогнать непрошенных гостей, она распахнула дверь и вышла в прохладу коридора, отчего тут же поежилась. В единственной комнате друзей не обнаружилось, они уже сидели на кухне и что-то громко обсуждали.

— Яра, у нас только сырники и кофе.

Ярослава кивнула, села за стол и стала без энтузиазма ковыряться в еде.

— Не вкусно? — беспокойно спросила Саша, ерзая на стуле.

— Нет, что ты, очень вкусно. Просто аппетита нет, — вздохнула она, и отправила в рот огромный кусок сырника.

— Поговорим? — еле слышно спросила Захарова. Может быть, ее голос прозвучал у Яры в голове, а Саша даже ничего не говорила, но она кивнула.

— Мальчики, нам надо посекретничать, так что, как доедите, выйдете, пожалуйста.

— А почему нам нельзя? Как будто мы чужие, — с набитым ртом возмутился Миша, но Саша на него посмотрела так внимательно, что он сразу скис. Закинул на тарелку еще парочку сырников и позвал Руслана за собой в комнату, откуда донеслось: “Тут все равно все слышно”. Видимо, он не подумал, что это работает в обе стороны.

Ярослава фыркнула, а Саша закатила глаза.

— Миш, а сходите в магазин, — крикнула вслед.

— За чем? — его взлохмаченная голова появилась из-за угла.

— Ты уверена? — он покосился на целый батон, который лежал на столешнице.

— Да, и агушу для Яры захвати. Три штуки, — потом глянула на нее. — Нет, лучше пять.

Миша решил не переодеваться из домашнего и просто накинул куртку, стал зашнуровывать кроссовки.

— Кузнецов, а ты чего сидишь? Помоги Мише.

— Помочь кроссовки зашнуровать или хлеб донести? Понял-понял, хлеб так хлеб.

С шумом и ворчанием они наконец закрыли дверь квартиры, а девушки посмотрели друг на друга. Ярослава не знала, с чего начать, и лишь теребила в руке колечко из бисера, которое обнаружила в кармане джинсов минутой ранее.

— Мы с тобой совсем недавно так сидели у тебя на Рождество в комнате под покатой крышей с бутылкой шампанского и салатом.

— Тогда мне действительно нужна была помощь, а теперь эта помощь нужна тебе. Тогда бы я без тебя не справилась, а теперь готова помочь всем, чем смогу.

Яра судорожно выдохнула и расслабилась. Посмотрела на тоненькое неровное колечко, и на него упала крупная слеза.