Девушка из песни

Несмотря на почти летнюю ночь, на нем было черное пальто – расстегнутое, но с поднятым воротником. С шеи свисал длинный кроваво-красный шарф. Высокий, стройный, элегантный, с пронзительными глазами и серебристыми волосами, Холден немного напоминал мне Спайка из «Баффи – истребительницы вампиров».

– Вампирам нужно приглашение, – прошептала я Миллеру с пьяным смешком. – Если он нас съест, вини во всем Эвелин.

Она бочком подошла к Холдену и взяла его под руку. Заявила свои права.

– Вы все наверняка помните Холдена Пэриша.

Раскрасневшийся от пива Ченс нахмурился.

– Курим на улице, чувак.

На губах Холдена расцвела ленивая улыбка.

– Ты в этом уверен? В твоей гостиной пахнет, как на концерте Снуп Догга. – Он зажал сигарету в углу рта, щурясь от дыма, и протянул Ченсу маленький бумажный пакет. – В знак благодарности за приглашение на вашу маленькую вечеринку.

Ченс вытащил бутылку текилы «Patrуn Silver» и расплылся в улыбке.

– Чувак. Спасибо.

– Отлично, – произнесла Эвелин, не отлипая от Холдена, словно он ее личная игрушка. – Выстраивайте шоты, мальчики, пора поиграть в «Семь минут на небесах».

Вокруг раздались радостные возгласы и улюлюканье, а дерьмовый дешевый водочный пунш сменился дорогой текилой. Холден налил первые два шота."

"– За хозяина вечеринки, – произнес он и протянул один из них Ченсу.

Парни чокнулись стаканчиками и залпом выпили. Ченс покачал головой, с шумом выдыхая, его глаза наполнились слезами. Холден же выпил спокойно, словно это была простая вода. Но, казалось, выпивка оживила и мгновенно согрела его. Он взял на себя командование кухней, как ведущий в цирке на арене.

– Подходите, леди и джентльмены, и давайте оставим на память парочку прекрасных воспоминаний.

– Мне нужно с тобой поговорить, – произнес Миллер мне на ухо во время очередного взрыва радостных возгласов.

– Вайолет занята, – встряла Эвелин. Она на мгновение оторвалась от Холдена и сунула мне в руку стаканчик с текилой. – И это вечеринка. Сначала пьем, потом поговорите. После игры.

– Ей не нужно это пить, – сказал Миллер.

– Она сама может за себя ответить, – заметила я, недовольно на него посмотрев. – Что на тебя нашло сегодня?

– Ты только что говорила, что тебе нужна вода.

– Может быть, я передумала.

– Может быть, я не хочу, чтобы тебя в чулане изнасиловал какой-нибудь футболист.

У меня округлились глаза.

Эвелин разинула рот.

– Какого черта?.. Ты серьезно?

Но Миллер ее проигнорировал, его голубые топазовые глаза буквально прожигали меня. Я еще никогда не видела его таким. Он всегда был напористым, но не по отношению ко мне. Не таким. Излишне заботливым. Даже собственническим.

– Я… я сама могу о себе позаботиться, – пробормотала я.

Миллер ничего не сказал, но забрал стаканчик у меня из рук.