Девушка из песни

 – Ты не можешь сбегать каждый раз, как мы прикасаемся друг к другу, целуемся, погружаемся в глубину наших чувств. Знаю, это все слишком. Слишком и для меня тоже…

– Не могу? – Он горько рассмеялся. – Так люди и поступают. Они сбегают. Даже ты, в конце концов.

– Что? – Я с трудом встала. – Почему ты так говоришь?

Но он повернулся ко мне спиной.

– Давай, пора идти, – произнес он холодным, бесцветным голосом. Незнакомым. – Мы с этим закончили.

15

МиллерЯ шел по трудному отрезку пути от хижины, Вайолет сзади. Прислушивался к ее шагам, не споткнется ли, не потеряет ли кроссовок в вязком песке. Мы не разговаривали. Не произнесли ни слова.

Ее машина была припаркована в переулке рядом с тропинкой, ведущей к океану. Я подождал, пока она благополучно усядется за руль. Взвизгнули шины, Вайолет отъехала на своем белом «Рав-4», оставив меня в облаке выхлопных паров. Я в последний раз увидел ее лицо в окне. Закрытое. Сдержанное.

А чего ты ожидал?"

"Впервые я все испортил, когда поцеловал ее. Разрушил нашу дружбу, и теперь никто из нас не знал, что делать друг с другом. Я не знал, что делать с потоком чувств, в котором тонул каждый раз, стоило нам соприкоснуться. Каждый поцелуй словно открывал дверь в другую жизнь, чертовски прекрасную. Я так долго хотел ее, хранил эмоции в своих песнях, где мог представлять наше будущее.

Но каждый раз, когда фантазия норовила воплотиться в жизнь, с ревом возвращались мои старые страхи. С тех пор как нас с мамой бросили на произвол судьбы, ненависть к отцу окружала меня подобно броне, беспомощность и страх породили силу. Я пообещал себе, что скорее уйду первым, чем позволю кому-нибудь вновь меня оставить. Всегда.

Но, глядя вслед Вайолет, я не чувствовал себя сильным. Все равно что проснуться посреди сна и не успеть ухватиться за него.

«У тебя нет шансов все исправить».

Но если хочешь исправить хоть что-то, то ты должен начать с Эмбер. Я достал телефон.

Мы можем поговорить? Сегодня?

Я двинулся в сторону дома, и через несколько минут пришел ответ.

Ты меня бросаешь.

Это не вопрос.

Встретимся на скамейке после школы?

Приму это как «да». Конечно. Хорошо.

Тогда увидимся.

Я с шумом выдохнул и убрал телефон. Мне хватит времени, чтобы поесть и вколоть инсулин, но переодеваться и принимать душ уже поздно. Придется идти в школу и расставаться с Эмбер, благоухая Вайолет.

Моя дерзость не знает границ…

После целого дня занятий, показавшегося мне вечностью, я подошел к скамейке на краю центрального двора. Та самая скамейка, на которой мы сидели с Вайолет в день голосования. Эмбер уже ждала меня.

– Привет, – сказал я, садясь рядом с ней.

Она окинула меня взглядом с головы до ног.

– Ты выглядишь ужасно.