Девушка из песни

Вайолет всегда говорит нам, какой ты талантливый.

В груди сжалось при упоминании ее имени.

– Спасибо. Мне пора.

– Подожди. Не хочешь немного разбавить? – Она достала две маленькие бутылочки водки.

Я собирался отказаться, но тут раздался возглас Джулии:

– Ой, я вижу Вайолет! Боже, какая же она красивая!

Я стиснул зубы и заставил себя не проследить за ее взглядом. Школьная традиция предписывала Королю и Королеве танцевать вместе, одним. Вся школа окружит Ривера и Вайолет, чтобы посмотреть, как они танцуют, словно супружеская пара на свадьбе.

«Я не могу. Не могу, черт побери».

Эвелин понимающе посмотрела на меня.

– Конечно, наливай, – выпалил я.

Она вылила по бутылочке в каждый бокал и поцеловала меня в щеку.

– Хорошего вечера, Миллер.

Девушки растворились в толпе извивающихся тел, вероятно, присоединившись к Вайолет и Риверу. Я опрокинул в себя один бокал пунша, и на языке тут же взорвалась тошнотворная сладость, а затем горло обожгла водка. Внутри разлилось тепло, и, не думая о сахаре и показателях, я проглотил второй бокал.

Все вокруг стало мягче и спокойнее. Подернулось полупрозрачной молочной дымкой. Каким-то образом мне удалось вернуться к Эмбер.

– Ничего нет? – Она рассмеялась и взяла меня за руку. – Пойдем потанцуем.

Диджей заиграл «Dance Monkey», и Эмбер принялась пританцовывать, держа меня за обе руки.

– Я не танцую, – произнес я невнятным голосом.

– Ты такой милый.

Она закружилась в моих объятиях, но я вырвался. Мне уже было трудно стоять на ногах. Комната завертелась перед глазами, и я почувствовал, как начали понижаться показатели.

– Стоит передохнуть. Здесь душно.

Эмбер придвинулась ближе.

– Хорошая мысль. Давай останемся наедине.

Она взяла меня за руку и вывела из зала на прохладный ночной воздух. Завернув за угол и оказавшись на пустынной дорожке, я привалился спиной к стене. Эмбер прижалась ко мне всем телом и страстно поцеловала, блуждая ладонями по моему телу.

– Я уже несколько недель об этом мечтала, – выдохнула Эмбер между поцелуями, но ее голос доносился до меня будто издалека. – Как ты пел на вечеринке… Мне казалось, что ты пел только для меня одной, заглядывал в самую душу.

«Боже, какая же я сволочь».

Мне следовало оттолкнуть ее и сказать, что между нами ничего не может быть. Но ее губы были настойчивыми и горячими. Ее поцелуй совсем не походил на поцелуй Вайолет, но ведь в этом и весь смысл, правда? Забыть ее и жить дальше?

Казалось, что стать известным на весь мир музыкантом и то реальнее.

Я изо всех сил старался оставаться в сознании, но водка затуманила мозг.