Волчья песнь

Даже если он и не был в стае большую часть того времени, что мне известно о волках, между нами всегда существовала некая своя связь, особенно после того, как он подарил мне рабочие рубашки на пятнадцатилетие.

А вот Джо.

Его я чувствовал еще как.

Потому что он был Альфой. Каким мне никогда не стать.

Это место, эта территория по праву принадлежала ему.

И раз уж (если, если, если) он вернулся, она снова должна была перейти к нему.

Мне следовало бы испытать облегчение.

Что теперь ответственность лежит не только на мне.

И я его испытывал. По большому счету.

Но какая-то часть меня твердила: «мое, мое, мое».

Что это место, эти дома, эти люди были моими.

Я ударился затылком о дверь, пытаясь привести мысли в порядок.

Тени удлинялись все больше.

И вот тогда пришел он.

Еще до того, как услышать, я почувствовал его.

Я изо всех сил игнорировал нашу связь, нить между нами. Не хотелось видеть, как она обветшала и износилась, если эта самая нить вообще еще существовала. Нечто, некогда крепнущее с каждым днем, теперь напоминало оборванные клочья.

Я старался дышать ровно. Успокоить сердцебиение.

Пытался безмолвно заставить Джо уйти.

Дыхание перехватило. Сердце зашлось в груди.

Он не ушел.

Он ничего не сказал, но и не ушел.

Крыльцо скрипнуло, когда Джо медленно стал подниматься по ступенькам.

Его руки легли на перила, пальцы скользнули по облупившейся краске.

Дойдя до верхней ступеньки, он замер и немного постоял.

Сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

Впитывая запах территории.

Этого дома.

Меня."

"Интересно, догадался ли он, что с тех пор, как уехал, я провел здесь не более нескольких часов?

Интересно, чувствует ли он еще запах крови моей матери?

Джо не произнес ни слова.

Но сделал шаг вперед. Потом еще один. И еще, пока не оказался перед входной дверью.

Он не постучал.

И не стал трогать дверную ручку.

Вместо этого дверь слегка дрогнула, когда он повернулся и прислонился к ней спиной, соскользнув вниз, как это сделал я.

Джо сидел по другую сторону моей входной двери, и наши спины разделяла лишь дубовая доска всего в три дюйма толщиной.

Прошло совсем немного времени, прежде чем наши сердца стали биться в такт, а дыхание гармонично выровнялось в унисон.

Я пытался бороться. Чтобы избежать этого.

Ничего не сработало.

И я ненавидел тот покой, который ощущал в его присутствии. Облегчение, чертово зеленое облегчение, охватившее всего меня, как будто у меня вообще когда-нибудь был шанс противиться ему. Я изо всех сил цеплялся за свой гнев.

Джо оставался там, пока я не уснул.

* * *

Проснулся я, когда утренний солнечный свет уже просачивался сквозь окна.

Мне было тепло, хотя дико затекла шея.

Я открыл глаза. По-прежнему сидя, прислонившись к двери. Спина ужасно болела.

Два волка спали, положив головы мне на бедра.