Волчья песнь

Было уже поздно, очень поздно, и улицы давно опустели, но начинали ходить слухи о волках в лесу, и меньше всего хотелось, чтобы кто-нибудь в городе посчитал, что теперь они разгуливают и по улицам.

В мастерской не горел свет, но я чувствовал их присутствие.

Парни резко умолкли, стоило нам завернуть за угол. Они смотрели на меня, когда волки подошли и потерлись о них.

Таннер бросил мне монтировку, стараясь, чтобы та не коснулась Робби, который прижался боком к его ноге.

Я словил ее, а Крис сказал:

— Мы услышали его. Вой. Это было как будто…

— Прямо в вашей голове?

Все трое с облегчением кивнули.

— К этому привыкаешь, — успокоил я. — Ну, по большей части.

— Что случилось? — спросил Рико.

— Крис, — начал я, — мне нужно, чтобы ты меня выслушал.

Он нахмурился.

— Что… что случилось?

— Омеги, — объяснил я. — За пределами защиты.

— Они же не могут пройти сквозь нее, верно? — уточнил Рико. — Почему мы…

— У них Джесси, — объяснил я, не сводя глаз с Криса.

— Что? — побледнев, прошептал он.

— Они заставили ее позвонить мне.

Напрягшись и вибрируя от ярости, Крис сделал шаг вперед.

— Она жива? — требовательно спросил он.

— Да, — и я искренне полагал, что так и будет. Им требовался рычаг давления. У нас оставалось всего девять минут. Может быть, десять. — Я слышал ее голос.

— Что она сказала?

Кричала от боли, но ему это было знать не обязательно.

— Что ее схватили, и что их глаза светятся.

— Твою ж мать, — пробормотал Рико.

— Они забрали ее, — произнес Крис, глядя на меня.

— Да.

— И мы собираемся вернуть ее.

— Да.

— Окс, — сказал он и я положил ему руки на плечи, прижавшись лбом к его лбу. — Она — все, что у меня есть. Она не… Она моя сестра, Окс. Они не смеют так с ней поступать.

— Мы найдем ее, — пообещал я. — Мы вернем ее, и они пожалеют о том дне, когда забрали ее у нас.

Крис тяжело выдохнул, его плечи задрожали под моими ладонями. Но я почувствовал, как он затолкал это вглубь себя, по тому как мой друг весь напрягся и ожесточился. По тому, как потемнели его глаза. Как он оскалил зубы.

— Они думают, — сказал я, повышая голос, чтобы остальные могли услышать, — что мы — ничто. Что они могут прийти сюда и забрать то, что им захочется. Что мы сломлены.

Волки рычали и скрежетали зубами.

— Мы покажем им, насколько они ошибаются.

И может быть — только может быть — на краткий миг я смог понять Джо и тот выбор, который он сделал.

* * *

Первое, что я почувствовал была защита Гордо. Ее граница проходила в десяти ярдах от крытого моста. Мы не были в ловушке. И могли покинуть Грин-Крик в любой момент. Ведь она предназначалась не для того, чтобы удерживать нас в своих пределах. А для того, чтобы держать подальше от стаи любого, кто захочет причинить нам вред.