Волчья песнь

По мне тут же прокатилась дрожь от красного свечения, загоревшегося в его глазах, потребность обнажить шею и повиноваться, шепот, быстро переросший в бурю. Он дергал за нить, которая связывала нас с Джо, пока я не задрожал от этого ощущения, пока не пришлось стиснуть зубы, чтобы сопротивляться ему. Закрыв глаза, я стал ждать, когда все закончится.

Это продолжалось недолго. Потому что Джо резко отступил.

— О черт. Прости. Мне так жаль, — поспешно заговорил он. Его глаза широко распахнулись, и выглядел он сейчас таким невероятно юным.

— Не делай этого со мной, — прохрипел я. — Никогда больше.

— Окс, я… Мы… Я не хотел. Ладно? Клянусь тебе, я не хотел.

Он сжал мою руку с такой силой, что казалось, кости сломаются.

— Я знаю, — выдохнул я. Потому что это было правдой. Он был не таким. Мы с ним были не такими. Все вдруг стало так хреново. — Знаю.

Джо выглядел несчастным, этот семнадцатилетний парнишка, на чьи плечи теперь легло абсолютно все. Однако в нем тоже пылал гнев, тихий и пульсирующий, и я не знал, как его обуздать. В основном потому, что он походил на мой собственный.

— Ты не можешь вернуться туда, — предупредил он. — Только не в одиночку. Не раньше, чем мы…

— Ты не сможешь это исправить, — перебил я так мягко, как только мог. — Во всяком случае, сейчас.

Джо отпрянул, но я крепко держал его за руку.

— Окс, я…

— Я не имел в виду то, что ты подумал.

— Ты… ты сам не знаешь, что имеешь в виду.

— Возможно. Не знаю. Сейчас все непонятно.

— Я знаю.

— Но мы это исправим.

— Я знаю.

— Обязательно, — настаивал я.

Джо отвел взгляд.

— Нам нужно поговорить, Окс. Я… принял решение. По поводу этого. По поводу всего. Мне нужно, чтобы ты… Мы просто должны поговорить, хорошо?

И меня пробрал холод.

* * *

Мы собрались в кабинете Томаса. Вся наша стая. Впервые с ночи, когда пришел Ричард, волки одновременно приняли человеческое обличье. От меня не ускользнул тот факт, что в комнате присутствовали абсолютно все, включая Гордо.

Гордо, который, по-видимому, теперь занимал свое особое место в стае. Что-то произошло в ту ночь, когда умер Томас, что-то связало его с Альфой, как и всех нас. Я не знал, была ли это его магия, смена Альфы или же комбинация того и другого. Гордо не говорил об этом. На самом деле, никто из них не хотел говорить на эту тему."

"Появилось непреодолимое ощущение, что все кроме меня знают, о чем пойдет речь.

Элизабет выглядела изможденной и бледной, кутая плечи в плед.

Картер и Келли хмурились, стоя рядом с Джо.

Марк смотрел в окно, скрестив руки на груди.

Гордо прислонился к дальней стене и уставился на собственные руки.

Джо сидел за отцовским столом. Чем напоминал ребенка, играющего во взрослого.

И еще был я. Не имеющий ни малейшего понятия о том, что происходит.

Никто так и не нарушил затянувшуюся тишину.