Пески времени

Проблема состояла в том, что сестра Грасиела наотрез отказывалась разговаривать. С начала путешествия она не произнесла ни слова, но при этом не выглядела рассерженной, напуганной или огорченной, и это сбивало Рикардо с толку. Пребывая глубоко в себе, она не проявляла никакого интереса ни к нему, ни к тому, что происходит вокруг."

"Она не жаловалась, хотя шли они в жару по пыльным проселочным дорогам, мимо пшеничных полей, отливавших золотом в солнечном свете, мимо колосившегося ячменя и овса, мимо наливавшихся соком виноградников довольно быстро. Обходя стороной небольшие деревушки, они пробирались сквозь заросли подсолнухов, подставлявших солнцу свои круглые желтые лица.

Когда они перешли через реку Морос, Рикардо спросил:

– Не хочешь немного передохнуть, сестра?

Ответом ему, как всегда, было молчание.

Они приближались к Сеговии, прежде чем свернуть на северо-восток к покрытым снежными шапками горам Гуадаррама, и Рикардо предпринял еще одну попытку завести вежливую беседу:

– Мы скоро будем в Сеговии, сестра.

Никакой реакции.

«Чем же я мог ее обидеть?»

– Ты не проголодалась, сестра?

Молчание.

Его словно не существовало. Еще никогда в жизни Рикардо не испытывал такого отчаяния. Возможно, у нее просто не все в порядке с головой? Тогда это все объяснимо. Господь наградил ее неземной красотой, а потом проклял, наделив слабоумием. Но Рикардо в это не верилось.

Когда они добрались до окраины Сеговии, Рикардо заметил, что в городе многолюдно: похоже, что гражданская гвардия начеку, а когда оказались возле площади Конде-де-Честе, и вовсе увидел солдат, и они направлялись в их сторону.

– Возьми меня за руку, сестра. Мы должны выглядеть, как влюбленная парочка.

Но и эти слова она проигнорировала.

«Господи Иисусе, – подумал Рикардо. – Может, она глухонемая?»

Он попытался взять ее за руку, но сопротивление было таким яростным, что он остолбенел. Монахиня отдернула руку так, словно ее ужалила оса.

А солдаты подходили все ближе.

Рикардо наклонился к Грасиеле и, уже не скрываясь, громко проговорил:

– Не стоит злиться, а то прямо как моя сестра. Вчера после ужина, уложив детей спать, заявила, что все мужчины бездельники: травят байки и смолят свои вонючие сигары, пока их жены крутятся как белки в колесе. Бьюсь об заклад…

Солдаты прошли мимо. Рикардо взглянула на Грасиелу, но ее лицо, как всегда, ничего не выражало. Ну почему Хайме не вверил его заботам другую монахиню? Эта же словно каменная, и не было такого инструмента, которым можно проломить эту неприступную твердь.

При всей своей скромности Рикардо Мельядо прекрасно знал, что привлекателен и нравится женщинам: высокий, хорошо сложенный, с аристократическим носом, умным лицом и идеально ровными белыми зубами.