Замок из песка

"

"Мои глаза глядели в Москву…

Часть вторая

Выход Одиллии

По расписанию поезд должен был прибыть ровно в одиннадцать утра, но мы опаздывали на час с лишним. Обе мои соседки по купе нервничали. Первую — молоденькую блондинку с «колоском» на голове и нескончаемым «Диролом» в кармане льняных шортов — волновало то, что жених, который «официально еще не жених», может обидеться, плюнуть на все и уехать с вокзала. Вторую тревожил гораздо более прозаический вопрос — неожиданно длинная санитарная зона, начавшаяся аж от Сергиева Посада.

— Это ж где я там по вокзалу буду со своими сумками да чемоданами носиться? — трагически вопрошала она, всплескивая руками. — А на метро, кто его знает, сколько ехать?

Потом добавляла негромко и со значением: «И потом, говорят, в Москве все жутко дорого», — намекая, видимо, на стоимость платных туалетов.

Мне не хотелось слушать ни про туалеты, ни про психически неуравновешенного жениха. За окном, теряясь в щедрой июньской зелени, проплывали купола церквей и стандартные белые свечки современных домов, открытые платформы электричек и оживленные автострады. Там была Москва! Та самая, с Кремлем и Арбатом, с Большим театром и парком Горького… В тамбуре, возле окна, курили мужчины — вероятно, москвичи. И в открытую дверь нашего купе влетали обрывки их разговора. Они говорили о чем-то своем, повседневном, незначительном. А я сладко замирала от незнакомых названий: Покровка, Маросейка и чисто московского — Люблино с ударением на последнем слоге.

Я хотела в Москву. И все-таки в первый момент замерла от неожиданности, оказавшись на перроне Ярославского вокзала. Просто сказать, что здесь было многолюдно, — значило ничего не сказать. Носильщики с грохочущими железными тележками, то ли цыганки, то ли молдаванки с огромными клетчатыми сумками, лоточники с разноцветными батареями банок cпрайта и колы — все это напоминало бесконечно меняющийся узор калейдоскопа. В раскаленном воздухе витал запах мазута и жареных сосисок, под ногами жалобно чавкали рассыпанные кем-то помидоры. А от серых стен гулким эхом отдавалась песня про упрямого мальчика, который хочет в Тамбов даже из столицы…

Выбравшись из эпицентра толчеи и суматохи, я остановилась возле киоска «Печать». Антипов не обманул: рядом с газетами и журналами и в самом деле лежало штук пять различных карт Москвы. Узнав, что требуются адреса не только гостиниц, но и Домов культуры, продавщица несколько удивилась, но все же посоветовала карту-схему среднюю по цене и необъятную по размерам. Вот этот-то самый огромный лист, похожий на план масштабного сражения, я и разворачивала на весу, когда ко мне подошел улыбчивый парень в светлых слаксах и вискозной рубашке с сине-зелеными разводами.