Пешка в большой игре

Надо раскручивать тему! Давай возьмёмся за торгашей — ну куда можно деть столько мыла? Сходим в Минторг, на базы, попросим экспертов дать заключение… Это будет бомба!

— Мне вчера и так за малым башку не проломили, — мрачно сказал Каймаков. — Кто-нибудь интересовался автором: адрес, телефоны?

Трубка на миг замолчала.

— Да брось, старик! Это какое-то совпадение! На кой ты кому нужен? Сейчас такие разоблачения волной идут… — Журналист довольно рассмеялся. — Сегодня с утра звонил парень, сказал: есть продолжение темы. Я твой рабочий телефон дал. Но ты не бойся, если надо, мы МБ подключим…

В комнате прослушивания одиннадцатого отдела Второго главка КГБ майор Межуев выругался сквозь зубы.

— Сколько подключальщиков развелось, — буркнул он. — И все хотят чужими руками. А сами только языком…

Попрощавшись, Каймаков положил трубку.

— Вот видишь, — облегчённо сказал Левин. — Простое совпадение. А ты тут нагородил со страха…

В делах о больший деньгах и о человеческих жизнях не бывает места совпадениям. Во всяком случае, в безобидность любых совпадений здесь не верят. И хотя Василий Зонтиков никак не мог заподозрить бывшего соученика-растяпу и чистоплюя в причастности к кровавой бойне, авторитет Юго-Запада Клык не должен был исключать его вины.

— Он мне сразу не понравился, — зловеще цедил Угрюмый. — На «утку» похож. И говорить при нём было нельзя, и бабки показывать. В гробу я видал таких друзей детства… Может, ещё пионервожатого приведёшь или комсорга?

Он избегал смотреть в глаза пахану, которого обвинял в нарушении конспирации и неосмотрительности, но сам факт таких обвинений говорил о том, что авторитет Клыка сильно пошатнулся. Это было ясно и присутствующим — шестерым главарям наиболее крупных кодланов района, которые всем своим видом давали понять, что согласны с Угрюмым. Они тоже смотрели в сторону, но Клык знал, каким окажется выражение их глаз, когда подойдёт момент. Знал он и то, что, если не переломить ситуацию, критический момент наступит очень скоро.

И хотя Угрюмый во многом был прав, недавно чудом избежал гибели и потерял товарищей, ему не следовало говорить того, что он сказал.

В не успевшей прогреться комнатке подмосковной дачи наступила зловещая тишина. Клык пожевал губами и, навалившись грудью на плюшевую скатерть круглого стола, внимательно осмотрел тесно сидящих вокруг мужчин, чьи лица полностью подтверждали теорию Чезаре Ломброзо о преступном типе человека. Массивный подбородок самого Клыка, развитые надбровные дуги и глубоко посаженные маленькие глаза выдавали его склонность к насильственным преступлениям, хотя в основном «послужной список» Зонтикова в информационном центре МВД составляли кражи.

Томительная тишина обычно прерывается чем-то страшным.