Пешка в большой игре

Долларами торговали на каждом углу, журнал «Пентхауз», найденный у него при обыске и добавивший лишнюю статью, был представлен годовыми комплектами в респектабельном магазине «Роспечать» и выглядел «Мурзилкой» по сравнению с печатной продукцией многочисленных лотков в метро и подземных переходах.

Нажитую многолетними праведными и неправедными трудами квартиру жена продала перед тем, как исчезнуть в неизвестном направлении. Дальновидно спрятанные в укромном месте три сберкнижки на предъявителя оказались целыми и невредимыми, но сумма в двести тысяч чудовищным образом трансформировалась: вместо дома с гаражом и автомобилем она позволяла купить лишь десять бутылок шведской водки «Абсолют».

Правда, водка была хорошей. Ещё не понявший до конца, что произошло, и надеявшийся приспособиться к новой жизни, Клячкин поселился в гостинице, взял бутылку «Абсолюта-цитрон» и закуску из магазина «Деликатесы», после чего обзвонил друзей-приятелей, приглашая отпраздновать освобождение. По двум номерам ответили незнакомые люди, двоих не было в Москве, ещё четверо от встречи уклонились, сославшись на занятость и нездоровье.

Клячкин поужинал в одиночестве и почти прикончил литровую бутылку «Цитрона», пока не приглушил неприятное предчувствие краха, портившее восприятие изысканной гастрономии.

Предчувствие полностью оправдалось. Возврат в родное, но режимное КБ исключала приобретённая судимость, открытие собственного дела требовало первоначального капитала, к тому же весь бизнес жёстко контролировался крутыми гангстерами новой формации, не признающими увещеваний и сразу нажимающими на курок.

Бывшие друзья разводили руками: нужны были охранники офисов, телохранители и «бойцы» для разборок с конкурентами. Ни физически, ни морально Клячкин не подходил для такой работы. Сунулся по паре «зоновских» адресов, там предложили гонять в Киргизию за маком или сбывать опий на улицах Москвы, но у него хватило воображения, чтобы аккуратно дать задний ход.

Помучившись в раздумьях, он всё же набрал намертво впечатанный в память номер телефона, но нужный человек находился в отпуске и должен был появиться только через месяц.

Через два дня он съехал из гостиницы.

Родня жены не подпускала его на пушечный выстрел. Мать доживала свой век под Владикавказом, где пушечные выстрелы были повседневной реальностью. Некоторое время удавалось ночевать в вагонах-гостиницах на Курском вокзале, потом столичное правительство начало борьбу с иногородними, вагоны шерстил ОМОН, и без билета соваться туда стало опасно.

Первый ночлег на чердаке не стал потрясением — Клячкин был к нему подготовлен предыдущими скитаниями. Зато бесплатно и никто не беспокоит. А дальше путь вниз проходил незаметно.