Шестерки умирают первыми

 – Где столько людей взять? У меня инкубатора нет, а то бы я их собственной задницей высидел.

– Послушай, а почему твое руководство не ставит вопрос о создании группы совместно с нами? Убийства происходят в области, но ведь потерпевшие-то – москвичи, кроме последнего.

– Да у них там свои причуды, мудрят чего-то, политес соблюдают. Я знаю, что вопрос прорабатывался, а результата пока нет. А что, без официального приказа ты мне помогать отказываешься?

– Нет, конечно, что ты, я все сделаю, что нужно. У нас же с тобой отношения не служебные. Давай я тебя сведу с Борей Шалягиным, он сейчас командир отряда в нашем спецназе, в прошлом чемпион Европы по стрельбе. Он тебя сориентирует на первых порах. Хочешь?

– Хочу. Спасибо, Асенька.

4"

"Кира пришла поздно, и Платонов весь извелся, ожидая ее. С утра она отправилась на работу, чтобы оформить отпуск, потом позвонила, как и велел Дмитрий, Каменской.

– Не могу пока сказать ничего определенного, – сказала ей Каменская. – То, что вы мне вчера сказали, частично подтвердилось, но нужно еще кое-что проверить. Может быть, у Дмитрия есть версии, объясняющие, кто и почему мог убить Агаева?

– Я не знаю, – растерялась Кира. – Он мне не говорил.

– Так вы спросите его. Скажите, что я прошу его ответить.

– Хорошо, я спрошу, – машинально ответила Кира и тут же спохватилась: – Правда, я не знаю, когда он мне будет звонить, у меня нет с ним связи.

– Конечно, конечно, – миролюбиво согласилась Каменская, словно бы не заметив ее ошибку. – Я понимаю. Но если вдруг он объявится, вы все-таки спросите.

– Я спрошу, – послушно повторила Кира.

Дома она честно пересказала Платонову весь разговор с Каменской, не утаив и своей ошибки, от которой, судя по всему, ужасно расстроилась.

– Ничего, ничего, – утешал ее Дима. – Если Каменская так умна, как о ней говорят, она все равно понимает, что я никуда не уехал. А если она до этого не додумалась, то и ошибку твою не заметила.

– А вдруг я тебя подвела?

Сегодня на Кире было платье из светлого трикотажа с вышивкой на воротничке, в котором она была похожа на школьницу. Огорченное выражение лица и пухлые губы еще больше усиливали впечатление, придавая ей вид провинившегося подростка.

Платонов отправил ее по магазинам искать обои, побелку, клей и прочие материалы для ремонта. На обратном пути она должна была позвонить Русанову, и Дмитрий с нетерпением ждал результатов этого разговора.

Кира вернулась, нагруженная рулонами обоев.

– Пришлось взять такси, – говорила она, втаскивая покупки в квартиру. – Хорошо еще шофер попался нормальный, мотался со мной на Москворецкий рынок, помогал плитку выбирать, я же ничего в ней не понимаю – какая годится для пола, какая для стен. Ты извини, я задержалась.

– Ты звонила Русанову?

– Да. Дима, пока все очень плохо.