Первый (СИ)

Вместо нее — чистая зависимость. Его удовольствие — в моих руках. И только от меня зависит, насколько хорошо ему будет.

Беру чуть глубже, старательно посасывая горячую упругую плоть. Провожу языком по уздечке, а свободной рукой поглаживаю яички.

И буквально тут же мне на затылок ложится тяжелая ладонь. Словно отсекает пути отступления. Да только я и сама не захочу бросать начатое.

— Глубже, царевна, — хрипит Бессонов, мягко толкается бедрами. — У тебя хороший потенциал.

Свободной рукой он поглаживает мою щеку, пока член погружается глубже, вынуждая закашляться.

На глаза выступают слезы — с непривычки мне кажется, что я все делаю как-то не так. Нервничаю, стараясь быть отличницей, и тщательно слежу за реакцией мужчины.

— Втяни щеки, — еще один руководящий совет. — Вот так, умница.

Его похвала мягко успокаивает мое волнение.

— Охуенно смотришься с моим членом во рту, — Марат выдает очередной комплимент в своем стиле. — От одного вида хочется кончить.

Он многозначительно смотрит на меня, выжидая. Думает, я струшу? Думает, отстранюсь и побрезгую?

Я принимаю вызов и старательно дышу носом, вспоминая один из советов на форуме. Мне до дикости хочется, чтобы Бессонов был доволен. Чтобы он хотел меня, чтобы сходил с ума так же, как и я, когда его настойчивый невероятный язык скользил по моей разгоряченной плоти.

Хватка на затыке становится жестче. Марат уже не терпит — подается бедрами, перехватывая инициативу в свои руки и теряя контроль.

— В глаза, царевна, — рычит он, едва я прикрываю те, чтобы сморгнуть набежавшие слезы.

Наша дикая, животная страсть, вероятнее всего, со стороны не кажется эстетически приятной и романтично красивой. Но для меня происходящее настолько живо и настолько остро, что я включаюсь в процесс на всю катушку.

Бессонов резко трахает мой рот, доставая до задней стенки горла, чуть замедляясь там, а затем так же резко отступая, чтобы я смогла вдохнуть.

Его ладонь на затылке фиксирует меня, не позволяя отстраниться или увернуться. Кажется, что в погоне за собственным удовольствием, мужчина напрочь забывает о моем комфорте. Пока вдруг не отстраняется так, что разрывает наш контакт."

"Берет свой член в ладонь и всего несколькими резкими движениями доводит себя до финала, кончая мне на грудь. При этом взгляд у него такой ошалело довольный, что я ощущаю себя не просто молодцом, а победительницей, которая только что выиграла самый важный приз.

Марат завороженно смотрит на меня, размазывает пальцами белые разводы на моей коже, помогает подняться и вдруг осторожно массирует шею сзади. Какая-то запредельная ласка. А еще он смотрит. Как же Бессонов на меня смотрит! Так что пальчики на ногах поджимаются, а в животе бабочки порхают.