Первый шаг к мечте

Липатов общался со мной, несколькими старыми друзьями, с которыми в основном разговаривал по скайпу, с Любой, с членами семьи, и, пожалуй, всё.

— А еще с садовниками, шоферами, дворником и еще с десятком человек из соседней деревни, — сообщила Нина. — Не так уж и много, чтобы не установить, кто именно знаком с Валентиной.

— Вряд ли Георгия Егоровича убили садовники или шоферы, — с досадой возразил Никита. — Покушение на Валентину связано именно с тем, что она слишком много знала, в том числе она могла либо подозревать убийцу Липатова, либо точно знать о том, что он совершил. А от старика избавились из-за денег. Или в надежде получить деньги. Жителям деревни в этом вопросе точно ничего не обломилось.

— Кстати, о деньгах. — Рафик подошел к небольшому сейфу, вделанному в стену, открыл его, поколдовав над замком, и протянул Нине книгу в черной, чуть потрепанной обложке. Она растерянно взяла ее и посмотрела на красные, облупившиеся буквы. Этель Лилиан Войнич. «Сними обувь твою». — Ты была права. Твой отец действительно решил оставить тебе марку. Ту самую «Британскую Гвиану», которой хватился Виктор. Он заранее подложил ее в книгу и оставил загадку специально для тебя. Ему хотелось, чтобы ты ее разгадала. На самом деле он оформил дарственную, вот она. — Он протянул Нине еще и пластиковую папку с какими-то документами. — Необходимые налоги уплачены, все заверено нотариально, марка стала твоей еще при жизни Георгия Егоровича, поэтому в наследственную массу она не вошла.

— «Моей дочери Мальвине я не оставляю ничего, поскольку еще при своей жизни передал ей все, что считал нужным», — пробормотала Нина. — Так было написано в завещании. Теперь понятно. А если бы я не разгадала загадку?

— Я бы тебе отдал книгу перед отъездом. Марка там, в тайнике под корешком. Когда ты приехала, я подбросил книгу в твою комнату, думая, что ты догадаешься. Это же в детстве была твоя любимая книга, и ты не могла не понять, что она в твоей комнате не просто так. А потом, когда ты разгадала загадку вслух, при всех, я решил, что сейчас начнется светопреставление, что марку у тебя отберут, украдут, тебе дадут по голове. В общем, книгу изъял от греха подальше. Сейчас вот возвращаю.

— Папа сделал меня распорядителем трастового фонда, доверив мне управлять деньгами всей семьи, и оставил в наследство марку стоимостью десять миллионов долларов, — прошептала Нина. Слезы текли у нее по лицу, но она не вытирала их, только слизывала кончиком языка. — Он всю жизнь следил за моими успехами, он помогал мне тогда, когда я в этом нуждалась, сохраняя мое самоуважение и щадя мою дурацкую гордость. Получается, что он действительно меня любил?

— Конечно, он тебя любил, — сказал Рафик чуть удивленно.