Больно только в первый раз

Я не знаю, насколько у нас серьезно, ведь единственное будущее, в которое мы заглядывает - это дата начала моих месячных."

"Я не реагирую на просьбу отца не поэтому. А потому что… это словно дежавю. Словно это уже было и… я избегаю этого повторения. Меня заставляет этот безотчетный страх, и я этой слабости потакаю. Строю для отца отговорки, избегаю. Боясь пускать в наши с Расулом Алиевым отношения хоть кого-то.

По той же причине я отказалась от предложения материт составить им с Даниилом компанию на следующих выходных. Ее муж уезжает в долгую командировку. Я соврала, сказала что придется работать в те выходные. На самом деле это все страх. Мое дежавю. Я не хочу садится в поезд, не хочу уезжать…

Расул выставляет на стол тарелку с пиццей. Он двигается энергично, словно отлично выспался и готов к новому дню, каким бы сложным тот ни был. В последнее время он такой всегда. Очень… энергичный…

На нем только шорты.

Он никогда не бывает изжеванным.

Ксюша прислала мне его фото. Те, которые сделал фотограф для новой рекламной компании их спортивной школы. На них Расул тоже по пояс голый и в перчатках. Позирует, выставив перед лицом кулаки.

Скоро эти фото будут на всех билбордах города, так что у его соцсети раз в пятьсот прибавится подписчиков, не сомневаюсь. Точнее подписчиц.

— Я не успею, — говорю, имея в виду предложенную мне пиццу.

Он не умеет готовить. Совсем ничего, даже бутерброды как следует не нарежет, но в его холодильнике всегда есть еда, ведь он… умеет о себе заботиться. И не только о себе. Обо мне тоже. У меня было множество возможностей оценить то, что до моей работы отсюда пешком всего пять минут. И это учитывая, что я не вожу машину…

Удушье, давление, сладкая тяжесть в груди. Мои чувства. Моя… любовь. Я влюблена. Безумно…

Расул перехватывает меня за локоть, когда проношусь мимо кухонного стола, собираясь выскочить в коридор.

Заставляет меня остановиться на секунду и, глядя исподлобья, склоняет голову.

Мы соприкасаемся губами в мягком поцелуе, от которого я подворачиваю на ногах пальцы. Его губы теплые, знакомые. Это приятно до мурашек.

— До вечера, — прощается он со мной, освобождая мою руку.

На его щеках двухдневная щетина. Он не брился с тех пор, как снялся для той рекламы. Линия его челюсти сейчас выглядит не такой жесткой. Щетина ему идет.

— До вечера… — произношу я, убирая руку с его живота.

Наше совместное времяпрепровождение с тех пор, как обрело статус, не отличается разнообразием. Оно сконцентрировано здесь, в этой квартире, и за всю неделю не включало в себя ничего, кроме секса. Мы ограничили контакты с другими людьми и просто… занимаемся сексом. Предложение Минаевых я приняла через силу.

Я собираюсь что-нибудь приготовить на выходных. Что-нибудь.