Первый

Осторожно, боясь не то спугнуть, не то, напротив, спровоцировать, обхватила ладонью его каменно-твердый бицепс и сжала пальцы.

– Чего ты хочешь?

– Чтобы тебе стало легче.

Хватит выкать! Хватит стесняться. Хватит делать вид, что сильная.

– Это невозможно. Отойди, пожалуйста.

– Нет.

К черту! Страшнее и хуже, чем сейчас, ей уже не будет. Вместо того, чтобы отойти, она, напротив, впечаталась в грудь Богданова. Тот сбросил ее ладони и пошел мимо Али. Но она обогнала его и забежала вперед.

– Уйди. Не то потом пожалеешь.

Он говорил ровно, да. И вроде бы зло. Не по интонациям. Но по смыслу наверняка. Да только ей совсем другое в тех словах чудилось. Демьян будто умолял её. Умолял…

– Нет.

– Привыкла, чтобы последнее слово оставалось за тобой?

Видимо, он намекал на то, что она капризная дурочка. Ну, еще бы. Так думал каждый из тех немногих, кто знал, чья она дочь. Чего еще от такой ждать? Это понятно. Обидно только, что и майор туда же. Впрочем, если это поможет ему выпустить пар… Пусть. Пусть обижает.

– Нет. Напротив. С моими словами никогда не считались. Как и с желаниями.

Демьян шумно вдохнул носом. И выдохнул, запрокинув лицо к потолку.

– Просто отойди. Пока еще можешь.

– Нет.

– Я считаю до трех. Раз.

– Нет."

"– Два… – выбросив вперед руку, Демьян обхватил ее за шею сзади и потянул вниз. Сверля черным обезумевшим взглядом.

– Нет.

– Три! – его ладонь соскользнула на плечо, толкая Алю на пол. Она неуклюже опустилась на колени. Зачарованно уставившись аккурат на его пах. Майор расстегнул пряжку. – Три! – повторил сипло.

– Три уже было. Я все еще здесь.

Аля сама потянулась к нему. Стянула штаны вместе с трусами к щиколоткам. Думала, он накинется на нее тут же. Демьян был в таком взвинченном состоянии, что она бы не удивилась. Но он, напротив, попятился. И чтобы не отстать, ей пришлось за ним ползти. Пока он не уперся спиной в стенку.

Ну, точно загнанный в угол зверь.

Существовал только один способ его приручить. Нежность. Аля зажмурилась и прижалась щекой к бедру майора. Потерлась ласковой кошкой. Она понятия не имела, что делать дальше. На ум ничего не шло. Любая здравая мысль терялась в вихре других. Глупых и важных. Болезненных и дарящих надежду. Сердце колотилось как ненормальное. Будто подсказывая, он качнулся в миллиметре от ее лица. Алина шевельнулась, задевая упругую плоть губами. Взяла на пробу в рот. И подняла на него затуманенный взгляд, чтобы вот так впустить глубже. Еще и еще. Пока он, окончательно слетев с катушек, не перехватил инициативу. Сжал ее голову двумя руками, задавая свой бешеный темп. Не щадя, прокатываясь по горлу. Так что очень скоро у нее брызнули слезы из глаз. С хрипом кончил и, полностью обессилев, скатился по стенке на пол.

Аля выглядела не слишком свежо после случившегося.