Первый эйдос

– Печальная штука – работать генератором трескучих фраз, – сказал Меф, первым спрыгивая с каната на траву.

– Он не такой, – сухо отрезала Ирка.

Какой бы Багров ни был, он единственный любит ее, и ругать его Мефодию она не позволит. Ирка внезапно подумала, что на зубах у нее прилипшая петрушка, но ей это стало вдруг неважно. В голову полезли параграфы кодекса валькирий. Ирка не раз ловила себя на том, что прячется за ними, как улитка в раковине. Чуть получила по носу – сразу шмыг в раковину и отгородилась кодексом.

Дарх на цепи у Мефа поблескивал тускло, недоверчиво. Спирали закручивались сильнее, чем обычно. Валькирия-одиночка ему не нравилась. Он чувствовал исходящую от нее угрозу.

– Отдай мне дарх! – сказала Ирка, вспомнив поручение Таамаг.

Меф усмехнулся.

– Хорошее начало. Лаконичное. Арей бы оценил. Зачем болтать, когда можно сразу начинать драться? – спросил он.

– Я не виновата. Валькирии требуют твой дарх.

– Валькирии? А ты не валькирия?

– Я валькирия-одиночка. Есть и другие, – Ирка решила не реагировать на иронию.

– Знаю. И этим другим я, похоже, не слишком по душе? Наследник темной конторы и все такое? – догадался Меф.

Ирка предпочла не отвечать.

– Ну и почему те другие, если мой дарх так им нужен, не придут за ним сами?

– Они не станут просить так долго и вежливо. Ты не всем нравишься одинаково сильно.

– Так, значит, тебе я нравлюсь? – спросил Меф."

"Глаза у него улыбались. Ирка вдруг увидела прежнего Мефа, того, что влезал через окно в квартиру Бабани. Она поспешно отвернулась. Взгляд мог ее выдать. Голосу она доверяла больше.

– Если не отдашь сам, мне придется забрать, – продолжала Ирка, досадуя на себя.

В руке у нее появилось копье. Меф даже не попытался обнажить меч.

– Допустим, ты получишь мой дарх, и что потом? – спросил он с любопытством.

– Уничтожу.

– Там будет мой эйдос, – напомнил Меф.

– Знаю.

– Знаешь? И что с ним станет, тоже знаешь?

– Дарх заберет его, – сказала Ирка.

– И что? – взвился Меф.

– Я оставлю твой эйдос у себя, пока все не затихнет. А затем, возможно, верну тебе. Тебя не сделают повелителем мрака, пока твой эйдос будет у меня. Я тебя спасу, – решительно заявила Ирка.

Меф не мог оторвать взгляда от наконечника ее копья. Он умел ценить красивое оружие. Наконечник был совершенной формы – столь же грозен, сколь и прекрасен. Сверкающий металлом в широкой своей части, он сужался, завершаясь пронзительным светом.

Ощущая этот свет, дарх трусливо съежился, как живой, через цепь передавая Мефодию боль.

– Это и есть замысел валькирий? Лишить меня дарха и эйдоса, чтобы мрак отвернулся от меня, как от полного ничтожества? – спросил Меф.

– Да, – подтвердила Ирка, оценив, как жестко Буслаев формулирует вопросы.

– Так вот. Валькирии обманули тебя, – сказал Меф.