Первый паладин

Поэтому последующие удары гиганта я отражал уже более уверенно, заставляя его внушительную фигуру отступать, когда мой пылающий меч наносил болезненные раны его распустившимся рукам.

Но пламя мага лишь разгоралось. Он также решил не сдерживаться, расходуя все свои резервы, дабы покончить со мной, пока не стало слишком поздно.

Он выставил ладони вперед и с них в мою сторону устремился поток голубого пламени.

К этому моменту моя фигура сама пылала, но другим, белым чистым пламенем божественного света, а из глаз тянулись шлейфы божественной энергии.

Я принял удар на узкий, но крайне концентрированный барьер и начал медленно приближаться к своему противнику.

Заметив что его атака не принесла желаемого результата, Ингис начал медленно разводить руки в стороны и от его фигуры, расширяясь и набирая мощь начал расходиться самая настоящая огненная стена, заставляя песок, находящийся в пределах бушующей стихии, превращаться в стекло.

Маг воздел руки к небу, и плотность стихии стала столь велика, что за непроницаемым пламенем стала неразличима даже его фигура. А фронт явления лишь расширялся, грозясь поглотить собою всю арену, включая трибуны, по краям которых уже бежали взмыленные отряды магов, готовые к отражению угрозы мирному населению.

Но их услуги, к счастью, не понадобились. В золотисто-белом сиянии я смело ступил за край бушующего огненного шторма, и стихия не причиняла мне никакого вреда, лишь бессильно облизывая своими языками щит света.

Шаг за шагом я приближался к обезумевшему магу, не замечающему ничего вокруг, лишь вливающего и вливающего силы в свое ужасающее заклинание, способное испепелять целые армии, но не способное справиться с одним адептом света.

Честное слово. Привыкший к тому, что мощь его безгранична, Ингис даже не разучивал никаких хитроумных особенных приемов. Тот же Забу заставлял меня думать, хотя его сил было намного меньше. Комбинируя огонь, воду и искусство владения оружием, наемник создавал разнообразную картину боя. Девушка-артефактор, по имениПирея, имела вообще крохотный запас сил, но результаты её трудов смогли удивить всех и бой с ней был едва ли не самым трудным. То же самое относилось и к дворфу.

Здесь же сила, доселе не знавшая конкурентов, рассыпалась передо мной, а думать мой противник не привык. Когда ты слабее, ты начинаешь придумывать приемы, строить хитроумные ловушки, либо же оттачивать мастерство. Но Ингис полагался на голую мощь и эта самонадеянность его подвела.

Подойдя поближе, я рубанул того по ногам мечом, заставив его фигуру припасть на колени. Давление стихии ослабло, и я решительно схватил Ингиса в обличии элементаля за то место, где у него была шея, вливая в руку остатки божественных сил.