Перворожденный

— Мне тебе поклясться, что ли?

— Если ты мне врешь… — предупредил король, но угрозы не закончил.

Нэйтан не стал по-детски уточнять: «А то что?», хотя его так и подмывало поддразнить друга, который сегодня явно был не в духе.

— Эрик, расслабься и иди спать, — посоветовал искренне. — Ночь на дворе. Лучше бы погулял с невестой под луной. Лаура мне на днях жаловалась, что ты совсем не уделяешь ей внимания."

"Запал Эрика сошел на нет. Он отошел от стола и опустился в кресло.

— А что мне с ней делать? — поинтересовался устало.

— Любить и почитать? — усмехнулся Нэйт.

— Я понятия не имею, о чем с ней говорить.

— Вообще-то, скоро год, как она живет в замке, — напомнил Нэйтан. — Девчонка влюблена в тебя без памяти, а ты бегаешь от нее, будто это тебя, а не ее, сосватали в детстве, не оставив никакого выбора.

Эрик нахмурился.

— То-то и оно. В кого она влюблена? Мы едва знакомы.

Нэйт закатил глаза.

— Ну так познакомься. Я провожу с твоей невестой в пять раз больше времени, чем ты. Она умная и веселая, а главное — искренне к тебе относится. А ты бесишься с жиру.

— Когда за ужином они кооперируются с Эрикой, мне хочется залезть под стол, — вдруг признался король.

Нэйтан рассмеялся. Можно подумать, он этого не знал.

Потом посерьезнел.

— Я не единожды советовал тебе избавиться от Эрики. Отправь ее в ваше фамильное поместье или выдай снова замуж. Здесь она только чахнет и жалуется на скуку.

«А еще плетет против тебя заговор».

Кстати, частично тоже от скуки, потому как была бы она занята более полезными мыслями, ничего подобного не пришло бы ей в голову.

— Она — моя сестра, — как и много раз до этого, возразил Эрик. — Я предлагал ей уехать — отказалась. Однажды я уже выдал ее замуж насильно, второй раз я с ней так не поступлю.

Нэйт окончательно уверился в правильности своего решения — пока ничего не говорить Эрику о заговоре. С аргументом «она — моя сестра» можно было бороться лишь доказательствами.

Следовало бы промолчать, но Нэйтан не удержался:

— По-моему, Эрике с Борхусом жилось не так уж и плохо: вертела стариком, как хотела, имела кучу любовников, которых водила к себе в дом практически на глазах у мужа. Вместе же читали доклады: там она уж точно не скучала, как здесь.

Эрик уставился на друга таким взглядом, будто хотел прожечь в нем дыру.

— Думаешь, я не знаю, что здесь ты сам вошел в число ее любовников?

— Недолго и нечасто, — заверил Нэйт.

У Эрика кровь прилила к лицу.

— Ты говоришь. О моей. Сестре, — прорычал он. — Немедленно извинись.

Что и требовалось доказать: Эрик ни за что не поверит на слово.

Нэйтан пожал плечами.

— Извини. Был не прав.

— Мне следовало разбить тебе лицо сразу, как только узнал, — проворчал король, успокаиваясь.