Перворожденный

Мне достаточно того, что ты убил этих людей неосознанно.

Вот бы и ему самому было этого достаточно.

Нэйт устало опустился обратно на стул.

— Уже завтра у стен замка соберется толпа, которая будет требовать от тебя выдать им убийцу невинных людей.

— Мы решим этот вопрос, — уверенно отмел данный аргумент Эрик. — Ты останешься?

Ему хотелось уйти. Знать бы еще куда. Жить не хотелось в принципе, но прыгать с балконов — это способ Верна, а казнить его король отказался.

Нэйтан молчал.

— Хорошо. — Теперь встал Финистер. — Дай мне слово, что останешься до завтра.

— А назавтра появится радуга, и моя жизнь станет прекрасной и счастливой? — огрызнулся Нэйт.

— Завтра будет новый день, — отрезал король. — Так ты дашь мне свое слово?

Нэйтан пожал плечами. В общем-то, ему было все равно.

— Держи, — отозвался глухо.

После чего Эрик молча покинул помещение.

Нэйт прикрыл глаза и так и сидел на стуле посреди комнаты, не шевелясь.

Их руки разъединились.

— Любопытство удовлетворено? — спросил издевательски."

"Катрина проигнорировала этот тон. Она уже уяснила, что чем хуже воспоминание он показывал, тем язвительнее становился.

— Ты остался, — подытожила тихо.

Развел руками.

— Как видишь.

— И превратился в Натаниэля, — это не было вопросом.

Покачал головой уже серьезно.

— У Эрика не было выбора, ты же видела. Он бы не удержал трон, реши просто помиловать меня. Его обвинили бы в предвзятости. Было объявлено, что я умер от пыток в подземелье. Мне придумали новое имя. — Она помнила, то самое, которым Фин по ошибке назвал Нэйтана, когда нашел в таверне с целью нанять. — Убрали из замка всех неодаренных, знавших меня в лицо, одаренных заставили поклясться, что эта тайна умрет вместе с ними.

— А плащ? — Катрина перевела взгляд на темную ткань.

Нэйтан пожал плечами, будто не понял вопроса.

— Многие могли меня помнить, а появляться с Эриком на публичных выступлениях я был обязан в целях безопасности.

— Ты мог поставить иллюзию, сделать себе другое лицо.

— Угу, — к нему вновь вернулась язвительность, — и каждый раз, ставя иллюзию, я бы повторял черты по-разному, сбиваясь в мелочах, и в итоге люди бы поняли, что дело нечисто. К тому же плащ добавил таинственности.

— И ужаса, — согласилась Катрина.

В этом он был прав, плащ сделал его загадочным и устрашающим. Натаниэля боялись даже те, кто никогда с ним не сталкивался, ведь один его вид приводил в ужас.

— И что же было дальше? — спросила она, вновь вспомнив, что время ограничено. — Полагаю, теперь мы можем перейти к теме заговора?

Нэйт смерил ее взглядом, то ли оценивая, то ли что-то прикидывая.

— В общем-то, мне хотелось передать кому-то свои знания, я это сделал. Ты способная ученица.

Катрина моргнула, осмысливая услышанное. Потом возмущенно распахнула глаза.