Перворожденный

Может, старше на пару лет — тридцать пять, не больше. Правильные черты лица, прямые темные волосы длиной до подбородка.

Простолюдины носили короткие стрижки, аристократы — длинные волосы. Даже прическа этого человека говорила о том, что он не относит себя ни к тем, ни к другим.

Черный плащ полностью покрывал его фигуру, оставляя неприкрытыми только запястья и кисти рук. Именно на них Катрина и заострила свое внимание — на запястьях. Тонких запястьях, на которых красовались исписанные старинными рунами антимагические браслеты — страшнейший ночной кошмар любого, обладающего даром. Из темного металла с вкраплениями ярко-голубых камней, тяжелые даже на вид, они смотрелись инородным телом на этих тонких, слишком изящных для мужчины руках.

Она подумала, что сочла бы этого человека красивым, если бы не ледяная, нагоняющая жуть улыбка тонких губ.

Натаниэль шагнул ближе к решетке, и Катрина с трудом подавила желание отступить назад. Теперь она рассмотрела его глаза — каре-зеленые, но, несмотря на теплый цвет, не менее ледяные, чем улыбка.

И эти глаза рассматривали ее, изучали."

"Когда на мага надевают антимагические браслеты, он становится практически обычным человеком. Без защитного амулета пленник, находящийся по ту сторону решетки, должен был быть полностью открыт для дара Катрины. Но она не чувствовала ничего: ни эмоции, ни мысли.

— Леди Морено, какая честь, — произнес маг, тем не менее не удостоив ее даже кивка в качестве приветствия.

Катрина бросила короткий взгляд на короля. Неужели он предупредил арестованного о том, что она придет к нему? Лицо Эрика оставалось непроницаемым.

Гордо подняла подбородок.

— Мне кажется, нас не представили.

— Моя работа — знать всех выдающихся магов страны, — ответили ей. — Было моей работой, если быть точным, — злая усмешка. — Вы самородок, леди Морено, таких, как вы, больше нет. — Затем насмешливый взгляд в сторону короля: — Хороший ход, Эрик.

Его величество стоял на полшага ближе к решетке, и получалось, что Катрина оказалась за его плечом. Со своего положения она могла видеть, как задеревенела спина короля после слов пленника.

— Это к лучшему, что ты знаешь, кто такая леди Морено, — сказал он. — Значит, ты знаешь, что мне нужно. Я прошу тебя сотрудничать с ней, и мы все избежим того, чего бы нам не хотелось.

— А чего бы мне не хотелось? — весело уточнил Натаниэль-Нэйтан. — Виселицы? Четвертования? Костра? — на этом слове его глаза потемнели. — Ты мне скажи, чего мне избегать?

— Нэйт, — с предостережением, но все еще терпеливо.

Как ни странно, подействовало, пленник перестал паясничать. Его лицо стало серьезным и не менее усталым, чем у короля, когда Катрина увидела его впервые.

— Ты этого действительно хочешь? — спросил он, в упор глядя на Эрика.

— Да.