Перворожденный

— Я думаю, он сложный человек, — сказала теперь осторожно.

Эрик хмыкнул, покачал головой.

— Леди Морено, прошу вас. Мы не на суде, и я не составляю протокол. Мне интересно ваше мнение.

И Катрина решилась.

— Я думаю, он хороший человек.

Почему-то она ожидала, что король будет недоволен и обвинит ее в необъективности, но ошиблась. В последнее время Катрина только и делала, что ошибалась, приходя к скоропалительным выводам.

Эрик улыбнулся.

— Теперь вы понимаете, почему я готов позволить ему тянуть время, а не требую немедленно его взломать?

— Но вы все еще рассматриваете эту возможность? — Катрина едва не выкрикнула это обвинением, в последний момент смягчила голос и придала фразе вопросительную интонацию.

Одно она знала точно: если король все-таки решится, ему придется искать другого менталиста. Хотя, узнав больше о способностях узника, Катрина подозревала, что взлом такого мощного мага окажется не под силу никому.

Эрик вновь помрачнел.

— Я прежде всего король, — сказал твердо. — И я собираюсь ждать так долго, как только смогу, но, если Нэйт так и не расскажет, что произошло, у меня не будет выбора. У меня под арестом по обвинению в измене два десятка представителей знатных семейств, их родственники требуют ответов об их дальнейшей судьбе, но я не могу их дать. Казнить? Изгнать? Лишить титулов? Укрыв зачинщика заговора, я спровоцирую в стране волнения. Отпустить изменников я тоже не могу.

Катрина понимающе кивнула. Королю и его моральной дилемме не позавидуешь.

— Ваше величество, — сказала с чувством, — я искренне верю, что он покажет мне все, что на самом деле произошло.

— Я тоже, — вздохнул Эрик и вновь спрятал едва выбравшиеся из-под маски настоящие эмоции. — Скоро праздник, — улыбнулся, — Эрика обещала одолжить вам свою личную портниху. Сестра вами просто очарована.

Катрина подарила ему не менее фальшивую, чем его собственная, улыбку в ответ.

— Ее высочество очень добра.

Катрина ни на миг не сомневалась, что не планируй Эрика вызнать через нее сведения о Нэйтане, ни о каком «очаровании» и речи бы не было.

* * *— Привет, — поздоровалась она первой.

— Привет, — эхом отозвался Нэйтан, ухмыльнувшись. Встал с койки, оправил плащ и подошел к решетке. — Я смотрю, наши беседы идут тебе на пользу. Ты выучила такое простое слово, как «привет». Никаких вам «рада приветствовать», «премного благодарна», «имею честь»…

Катрина рассмеялась.

— «Имею честь» я не говорила.

— И правда, — покладисто согласился узник. — Значит, это другая, вечно я вас, женщин, путаю.

Она хмыкнула, устраиваясь на матрасе.

— О, разумеется. У тебя так много посетительниц, всех и не упомнишь.

Расправила юбку, поерзала, устраиваясь поудобнее.

— Ну что? — Подняла голову, встретилась с каре-зелеными глазами.