Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Бреду обратно, хватаюсь за протянутую мне руку, и в полном молчании мы выходим из типографии.

– Университет…

– Садись в тачку, – кивает Мир и вытягивает телефон из кармана.

Когда падает в водительское кресло, в машине через стереосистему раздаётся звук длинного гудка, а за ним ещё один.

– Алло, – слышу женский голос и сразу пугаюсь. Вдруг, Лада?

– Привет, Лесь, – бодро произносит Громов.

– Ооо, Мирош, привет, – отвечает девица томно.

Моё лицо становится каменным.

– Как жизнь? – спрашивает Мир, глядя на меня и забавно закатывая глаза.

– Всё хорошо, с родителями на даче тусуюсь. Погода жесть, а еще и…

– Лесь, – перебивает её Громов. – У меня не так много времени, в понедельник зайду поболтать. Скажи, плиз, ты что-нибудь знаешь про именные блокноты для студентов?

– Блокноты?

– Ну да… Говорят, заказывал кто-то из администрации.

– Ааа, блин. Что-то припоминаю. До Нового года ещё было на соседней кафедре. У них же «Конкурс Студенческого Дизайна» проходил. Так вот… спонсоры не предоставили подарки и пришлось быстро выкручиваться самим.

– А что шоколадки все закончились? – заразительно смеётся Громов.

– Да ты же знаешь Ольку, их секретаря. Ей вечно больше всех надо. Вот она и заморочилась. На новогодней вечеринке раздала всем участникам.

– Ясненько, – разводит он руками, глядя на меня, а потом хмурится. – А ты не знаешь, Лесь, блокноты делали в единственном экземпляре?

– Сто процентов. На эти-то у ректора кое-как деньги выбили. Ты же знаешь наши законы. Платные идеи – хреновые идеи.

– Ага. Ну ладно, Леська. Давай, забегу на днях.

– Давай-давай, – с придыханием отвечает она. – Чайку попьём, расскажешь, как там у тебя с сессией.

– Лады. Отбой.

Мирон устало заваливается на кресло и нажимает кнопку на руле, чтобы отключить звонок.

– Такие дела, Карамелина, – почёсывает колючий подбородок, затрагивая нижнюю губу.

Шокировано пялюсь на него.

Олеся… Кто она такая вообще?!

В первый раз слышу.

Чувство собственничества, несмотря на абсурдность, скребётся под грудью. Выжигает уверенность в себе, и я снова становлюсь влюблённой в него подружкой.

Ни той девушкой, которую он ночью касался.

А маленькой Мией с отвергнутой любовью.

– Что с тобой? – приподнимает Мирон брови. – Расстроилась, Сахарок?

Не отводя глаз от его лица, тихо проговариваю:

– Поцелуй меня.

Мирон мельком мажет взглядом по моим губам и отворачивается.

– Дай мне время, – рычит, ударяя по рулю побелевшими костяшками. - Я же попросил.

Мотаю головой и повторяю:

– По-це-луй ме-ня.

Слабо пыхтящий двигатель «БМВ» – единственное, что слышу в ответ!

Чёрт тебя возьми, проклятый Громов!

Я… хочу. Чтобы он. Меня. Поцеловал.

Хочу проверить.

Понять.