Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Это странно, потому что впервые в жизни, я не знаю ни ведущего, ни правил…

Глава 18. Мия и дуэлянты.

– Мия, ты как вообще? Готова к битве мажоров? – спрашивает Энж, когда я заворачиваю в мастерскую, где обычно проходят занятия по рисунку.

Закатываю глаза от раздражения. Сегодня тот самый день.

– Девочки, ну хоть вы не начинайте. Умоляю. Я и так на нервах.

Скидываю сумку на парту и растерянно потираю ледяные от ветра щёки. Пока бежала от стоянки до универа, думала, вся обморожусь. И это я ещё джинсы со свитером догадалась напялить.

На улице настоящие крещенские морозы. Время чудес, вот только я его совсем не ощущаю.

Что мне делать? Ума не приложу.

Как быть?

Лёва наотрез отказался меня слушаться. Оказывается, довольно сложно управлять мужчиной, если он не твой дед, отец или хотя бы лучший друг с пелёнок.

Может быть, конечно, у мужчин на уровне нижней чакры покладистость и просыпается, только я совершенно не готова проверять это на Льве Демидове.

По крайней мере, не так быстро.

– Только не говорите, что вы тоже сделали ставки? – подозрительно прищуриваюсь и медленно вскипаю.

Подруги переглядываются загадочно.

– Каюсь, – выдаёт Энж.

– И я, – добавляет Тая, поднимая руки.

– И на кого? – перевожу взгляд с одной на другую.

– Мы же не глупые. На Демидова, конечно.

– Ясно, – опускаю голову и изучаю носы своих ботинок на грубой подошве.

Как мне остановить двух придурошных дуэлянтов, если они оба упёртые, как бараны?

– А я на Громова поставила, – проговаривает Ива.

– Задорожная, блин, – вскрикиваю и тут же озираюсь, улыбаясь. – Всё в порядке, – машу однокурсникам.

Весь университет в курсе, какое сегодня в три часа дня ожидается шоу. Самые предприимчивые ставки собрали, почти что билеты продавали. Конечно, наш разговор тоже привлекает общий интерес.

– Голос тренируешь, Алиева? – спрашивает Светка. Противная и занудливая староста. – За кого болеть-то будешь?

– За тебя, Свет, – мило улыбаюсь. – Чтобы тебе нос нигде не прищемило.

Отворачиваюсь и снова смотрю на Иву.

– Ты в себе вообще, солнце? Живёшь на одну стипендию. Какой Громов к чёртовой матери?

– Мне обидно за него стало, – скромно улыбается добрая душа. – Я немного поставила, так… пятьсот рублей.

– Пятьсот рублей, – тянусь к сумке и достаю кожаный кошелёк. – Вот тебе пятьсот рублей. Выиграет Мир – отдашь, не выиграет – ничего страшного. Считай, что это подарок от Руслана Тимуровича Алиева. На шоколадку и твои любимые вареники с вишней.

– Ладно, – бурчит Ива, убирая деньги."

"– То есть ты всё-таки полагаешь, что у Громова есть шансы? – смеётся Тая, откидываясь на спинку стула. – Ну, что ты за человек, Мийка? Любовь реально зла. Не видишь очевидного совершенно… Демидов его в мясо раскатает.

– Я вообще не хочу, чтобы бой состоялся, – кусаю губы.