Первое правило королевы

Я подсчитывал, сколько пенсионеров живет в крае, сколько рождается младенцев, сколько из них передохнет до одного года, а потом до пяти, а потом до пятнадцати! Какая глупость, вы даже представить себе не можете, Инна Васильевна! Я хотел умереть больше всего на свете.

— Да, — согласилась Инна. — Лучше бы вы умерли.

— Я не умер, — энергично возразил Юра. — Но я оказался в больнице с психами и уродами. Дядя Сережа меня спас. Он однажды приехал и все мне рассказал — кто я и откуда. Он потом часто приезжал. Он говорил, что на моем месте непременно бы отомстил. И я понял, что должен мстить, а не умирать!.. Что я должен раздавить своего настоящего отца, как ядовитую гадину, и я раздавил! Я был совершенно нормален, а этого никто не понимал, даже он! — И Юра кивнул подбородком в сторону совсем притихшего Якушева. — Я утопил санитара, чтобы доказать ему, что я сильный, что я умнее всех, что я могу просчитывать на сто ходов вперед! Видели бы вы его лицо, когда я пришел к нему в общественную приемную! Он взял меня на работу и… помог, но это мой план, и я горжусь, горжусь!..

— Мухин догадывался, — сказала Инна и посмотрела в окно. — Он догадывался, что это вы, потому что именно для меня он приготовил газеты и… что там было еще, Юра? Ну, что вы взяли из дома Мити Мухина, когда убили Любовь Ивановну?

— А-а… Письма. Мои письма к нему. Ну, где сначала деньги, а потом свидание с давно потерянным ребенком, то есть со мной! — Юра закинул голову и захохотал. — Старый стервец. И бабку пришлось уложить из-за него. Столько народу из-за него передохло!

— А газеты вы почему не взяли? Письма взяли, а газеты оставили?

Юра вдруг сморщился, как от зубной боли.

— Я не подумал про газеты! — захныкал он. — Правда не подумал! Ну, лежит и лежит себе какой-то там мусор! Я и оставил. Я был занят, — вдруг добавил он важно. — Мне надо было убить бабку. И мне не хотелось делать это до того, как вы пришли! Мне хотелось, чтобы вы знали — я рядом! Вот он, этот теплый трупик, который сделал я, лично я сделал трупик из живого человека! Я зна-ал, что вы перепугаетесь до смерти, и это хорошо! Это славно.

— Вы, конечно, знали, что он убил Любовь Ивановну. Вы его за это ругали, наверное. А потом испугались, потому что он уже начал убивать и теперь делал это с удовольствием и радостью, а вас от вида пистолета просто дрожь пробирала, да, Сергей Ильич? Несмотря на то что пистолет ему добыли вы. И тот, из которого Мухин как будто застрелился, тоже вы добыли, правильно?

— Юра, — озабоченно проговорил Якушев, — с ней что-то надо делать. Только не здесь.

Юра деловито распахнул пиджак и вытащил из-под полы пистолет. Очень важный пистолет с глушителем.