Первое правило королевы

"

"— Поня-ятно, — протянул Александр Петрович и спросил буднично: — Хочешь еще чаю?

Налил в ее чашку жидкости подозрительно желтенького цвета и аккуратно вернул чайник на место.

— Тебе конец, — произнес он спокойно. — То есть, если ты разоблачишь его и сдашь в правоохранительные органы, хотя я не понимаю, как это можно сделать, он тебя не убьет, этот маньяк. Работу ты потеряешь навсегда. Карьеру — тоже. Ты к этому… готова?

— У меня нет другого выхода. Я сделала эту чертову карьеру один раз, и еще сделаю, если мне понадобится.

— В политике — никогда.

— Я устала от политики. До смерти. Мне надоело жить в казенных домах, где горничные переписывают мое белье!

Ястребов моргнул.

— Что… горничные делают?

— Переписывают белье. По пунктам. Твое не переписывают?

— Пока нет.

— Значит, все впереди.

— То есть ты сознательно готова отказаться от карьеры ради покойного губернатора Мухина и его семьи?

Инна пожала плечами. Он поднялся.

— Отлично. Чего ты хочешь от меня?

Она вдруг забыла. Все время помнила, а теперь вдруг забыла, когда он сказал отстранение — чего ты хочешь?

— Инна?

— Я хочу, чтобы ты немного меня подстраховал.

— Как?

Ей хотелось плакать и не хотелось ничего объяснять.

— Скорее всего этот человек не один. Скорее всего он… как бы это выразиться, нижнее звено.

— С чего ты взяла?

— Им кто-то управляет, очень успешно. По-моему, это очевидно. У тебя есть знакомые в ФСБ, только в каких-нибудь верхах? У меня есть знакомый, но он всего лишь майор.

— И что? Мы должны идти в атаку на вице-премьера? Это он застрелил ночью вдову Мухина?

— Тебе ничего не угрожает, — холодно сказала Инна, — ни тебе, ни твоей карьере. Я все возьму на себя.

— Александр Матросов, — пробормотал Ястребов недовольно. Она предпочла не услышать.

— Мне нужно только… небольшое содействие.

— Ладно, — вдруг согласился он с яростной любезностью, — шут с ним, пусть будет содействие. Только ты сейчас подробненько расскажешь мне, в чем и против кого.

И она рассказала.

* * *Над Енисеем в розовом дымном тумане вставало солнце, похожее на кусок льда в бокале. Даже здесь, за лиственничными стенами, чувствовалось, как там холодно.

Холодно и поздно. Она опоздала на работу, наверное, первый раз в своей жизни.

Аделаида давно ушла, задав корму ее кошкам. Осип три раза звонил, все приставал с какими-то новыми вопросами, которые он умел виртуозно изобретать. Катя тихо возилась на первом этаже — завтрак, что ли, готовила? Инна не хотела завтракать. Она совсем ничего не хотела.

Сегодня последний день драмы.

Нет, так не говорят. Сегодня последний акт драмы.

Вот интересно, что с ней будет сегодня — она посмотрела на часы, — сегодня в шесть часов вечера?.. Сейчас одиннадцать. До шести осталось всего ничего.