Первое правило королевы

И больше я почти ничего не помню, Инна Васильевна. Помню только, что шла по какой-то улице, по доскам, собаки лаяли, и я думала, что это Альма. У нас собака была, Альма. Мы с Митькой ее нашли, и он принес домой. Она у нас двенадцать лет жила, и умерла. А мне показалось, что… Глеб говорил — фу, Альма! Я думала, это наша.

Зазвонил мобильный телефон. Катя замолчала и уставилась в пол. Инна взяла со стола легкую трубку.

— Инна Васильевна, это Глеб Звоницкий. Я на крыльце стою.

— Глеб, — быстро спросила Инна, — как зовут твою собаку?

— Кого?..

— Собаку твою как зовут?

Катя вдруг подняла голову и посмотрела на Инну с надеждой и страхом, словно от ответа на этот простой вопрос зависит вся ее дальнейшая жизнь, рассудок, все на свете.

— Мою собаку зовут Альма, — отчеканил Глеб Звоницкий на Иннином крыльце. — А что?

— Повтори, пожалуйста, и погромче, — попросила Инна, отняла трубку от уха и повернула ее к Кате.

— Мою собаку зовут Альма! — Проорал в телефоне Глеб. — А что такое?!

— Ничего, — сказала Инна в трубку и улыбнулась, — подожди, я тебя сейчас впущу.

— Нет, а при чем тут моя собака?..

Инна нажала кнопку и посмотрела на Катю.

— Как видите, Альма на самом деле жива и здорова. То есть ничего вы не придумали, все так и было.

Катя широко и радостно улыбнулась. Когда Инна вернулась вместе с Глебом, губернаторская дочь уже не улыбалась. Она сидела на своем стуле, судорожно выпрямив спину, в глазах у нее был ужас, как у человека, внезапно увидевшего на своей привычной и мирной кухне инопланетное чудовище.

— Инна Васильевна, — сказала Катя, и губы у нее сильно затряслись, — если я ничего не придумала про Альму, значит, я ничего не придумала про… маму. Я на самом деле видела, как ее… убили, да? Значит, она не умерла от сердца, а… как папа?! И… я… это… видела?! Значит, я там… была?!

* * *Инна сварила целый кофейник кофе и налила в три одинаковые большие кружки.

— Спасибо, — поблагодарила вежливая Катя.

— Катерина Анатольевна, — неожиданно сказал Глеб, — да не отчаивайтесь вы так! Смешно слушать, в самом деле! Мало ли кому чего кажется! У нас на работе говорят — когда кажется, креститься надо!

Инна под столом пнула ногой его джинсовую ногу, призывая быть поделикатнее. Глеб ничего не понял.

— У вас на нервной почве галлюцинации, вот и все дела. Я это сто раз видел. Даже у здоровых мужиков бывает, а не то что у… слабого пола!

Инна опять пнула его ногой, но майор, взявший в Глебе верх над всеми остальными человеческими проявлениями, никак не унимался.

— Вам бы надо сто грамм принять да и проспать до завтра, а завтра бы встали, мы с вами потолковали бы потихонечку, может, чего и выяснили, кто там чего видал, кто чего не видал, кто за кем шел и куда…

— Мне нужно вернуться домой, — твердо заявила Катя. — Никто не знает, где я.