Бывшие. Первая жена

Может быть, он и работает на твоего врага, но я помню наш последний поцелуй и страсть во взгляде. Ему интереснее узнать, какая я в постели, чем брать в заложники.

Максимум, что он может выкинуть — еще один поцелуй. Интересно, что тогда Ян будет делать?

— Я не отпущу тебя без прикрытия.

— Волнуешься, что уведет? — возвращаю я шпильку.

— А если скажу, что да? — он не рисуется. — Я… Не хочу, чтобы ты исчезла, как моя жена. Я пробивал биографию Северного. В ней слишком много неясностей. Я не знаю, кто он. Герман говорит, это свойственно вымышленному прошлому.

— Что ты имеешь в виду?

— Его имя — псевдоним. Он купил биографию. Твой Роман — не тот, за кого себя выдает. А кто он, мы не смогли узнать. Ты оставишь у него передатчик. Установишь микрофон, если сможешь. И…

— Было бы неплохо сделать анализ ДНК. Больше шансов его идентифицировать. Нужны либо отпечатки, либо биообразцы.

— Сперма, — добавляет Герман, подошедший сзади.

Оборачиваюсь. Почему-то хочется пощечину влепить, но у него такое каменное лицо, словно даже не понимает, что ляпнул.

Ян вбрасывает кулак, попав Герману в лысое темя.

— Ты что несешь, идиот?! — бесится он. — Заткнись!

— А кровь не подойдет? — задумываюсь я.

— Подойдет, — Герман невозмутимо потирает ухо. — Только незаметно вы ее не возьмете.

— Это и не нужно. У меня осталось полотенце с засохшими следами.

Они переглядываются.

Отгораживаюсь от Яна рукой, чтобы не цеплялся и ухожу в ванную. Роману я сказала, что постирала, чтобы не объясняться. По факту просто бросила в корзину для белья.

Нахожу смятое черное полотенце. Его тут же изымает Герман.

— Он порезался, — объясняю я подозрительным глазам бывшего. — Я дала полотенце. Ты говорил, узнал про него из анонимного звонка. Запись осталась?

— Почему нет? Может, мне придет дельная мысль. Ты говорил, он многое знал про нас.

— Герман, — приказывает Ян.

Телохранитель достает телефон. Включает запись.

Сначала я слышу тишину. Секунд пять. Довольно долго. Словно звонивший собирается с духом и дышит в трубку. Но ведь вряд ли, правда?

«Горский, помнишь три года назад в «Небесах» тебе хотели отрезать палец?»

Сильный, спокойный баритон. Голос, кажется, незнакомый, как я ни вслушиваюсь.

«Заказчик имеет интересы в фирме Владислава Корнилова. Он скоро пришлет туда своего человека».

— Это все? — я ждала большего.

— Можно еще раз послушать?

На этот раз я настраиваюсь на короткий разговор. Впитываю каждую мелочь. Ян с Германом переслушали ее не меньше тысячи раз, вряд ли я что-то выужу…

— Голос пропустили через синтезатор речи, — признает Герман. — Это мы установили. Но звонок отследить не смогли.

— А что это за шум на фоне? Можно еще раз?

На этот раз я слушаю не голос. Он объемный, звучит чисто, но есть отдаленный отзвук. Странный.