Перстень Иуды

Он вдруг расслабился и откинулся на спинку стула.

– Правильно, товарищ капитан. Совершенно правильно!

– Вот и хорошо, – улыбнулся следователь. – От логики деваться некуда. Доказательства образуют прочную цепь, с нее не сорвешься. Это будет красивое, хорошо распутанное дело… Мы же с вами профессионалы и понимаем друг друга. От НКВД, как от судьбы, не уйдешь. Вы сейчас мне все это подпишете, а я вам, ей-богу помогу, чем смогу.

Капитан прижал к левому соску своей груди правую ладонь. Сделал он это так многозначительно, как будто один масон подавал тайный знак другому.

– Совсем избавить вас от наказания я, конечно, не властен, но похлопочу, чтобы вас выпустили под домашний арест, – он улыбнулся. – Вы ведь не попытаетесь бежать? Иначе вы меня сильно подведете как своего поручителя…

– Что вы, конечно, нет! – встрепенулся Визжалов.

Сердце радостно забилось. Неужели он вернется домой, хотя бы на время? Увидит деток, потискает их мягкие родные тельца, прижмется к теплому боку Татьяны, излучающему умиротворяющее тепло и спокойствие… Вообще-то, арестованных никогда не отпускали домой, но это было в другие времена – Менжинского, Ягоды… А теперь пришел новый руководитель, кристальный партиец Николай Иванович Ежов, и отношение к людям сразу изменилось… Может быть, его и осудят условно?

Он поставил подписи везде, где требовалось, осторожно, чтобы не запачкать стол чернилами, положил ручку.

– Вот и хорошо! – повторил капитан и потер ладони. От его суровости не осталось ни следа, он был доволен и радостно улыбался. Сейчас вас переведут в другую камеру, она более удобна, а завтра вы, скорей всего, вернетесь домой!

Следователь нажал кнопку звонка. Дверь сзади сразу же распахнулась.

– Спасибо, – искренне улыбаясь, произнес Аристарх, поднимаясь с прибитого к полу стула. – До свиданья!

Он обернулся, и улыбка, натолкнувшись на свое отражение, тут же погасла. В дверях стоял комендант Мятте и тоже искренне улыбался.

– Здорово, ученик, – сказал он. – Вот и свиделись. Ну, пойдем, я тебе обещал анекдот рассказать…

На негнущихся ногах Визжалов шел по хорошо знакомому широкому коридору.

«Почему Мятте? – билась в голове тревожная мысль. – Все знают: он водит только на тот свет… А ведь следователь обещал отпустить домой… Да нет, это просто совпадение… Решения на меня еще нет, коллегия собирается, когда следствие закончено, а у меня был только один допрос… Наверное, не было свободных выводных, вот и прислали этого латыша…»

Он повеселел и стал слушать, что рассказывал его конвоир.

– Вот приходит Дзержинский к Ленину и говорит: мои чекисты отняли у спекулянтов ящик презервативов, там триста штук. Что с ними делать? Ты давай, на лестницу поворачивай…

Аристарха снова охватила тревога.