Перо бумажной птицы

Даша чувствовала себя так, словно по венам у нее текла не кровь, а черная желчь.

Через пару недель после своего возвращения Даша пришла в собачий приют и сказала, что снова хочет быть волонтером. Теперь трижды в неделю она помогала ветеринару, чистила вольеры, кормила, расчесывала и выгуливала разномастных псов. Даже страшный Чаки, ротвейлер огромной силы, не мог опрокинуть ее в рывке. Они обучались ходить на поводке, и во время занятий Даша становилась почти человеком, а не сгустком ярости.

Из-за собак все и произошло.

В пятницу Даша выбралась в приют после обеда и застала сотрудников в растерянности. На них скинули еще дюжину животных: старых, подслеповатых, с больными ушами и зубами. Куратор, пожилая не очень здоровая женщина, чуть не плакала.

– Что же нам с ними делать…

Даша подошла к вольеру, в который всех новичков поместили на карантин.

Собачья рухлядь. Язвы, проплешины. Провалившиеся спины, кривые ноги, вислые зады. Всех надо лечить, реабилитировать, расселять… Требуются лекарства, специальный корм и бог знает что еще! Неудивительно, что куратор убивается.

И вдруг Даша поняла, где можно раздобыть денег.

В тот же вечер она позвонила Овчинниковой и договорилась о встрече.

Ника и в телефонном разговоре не проявила энтузиазма. Но на это Даше теперь было начхать. Как ни крути, спаслась Ника все-таки благодаря ей, а за спасение ее никто толком не отблагодарил. Пусть теперь расплачивается! Тем более сумма астрономическая только по Дашиным меркам, а для Ники найти эти деньги – раз плюнуть. Она же богатенькая!

Утро выдалось прохладным и пасмурным. Даша натянула рваные джинсы (дырки появились естественным образом), любимую темную толстовку с капюшоном.

В кафе она взяла выходной. До Москвы доехала на поезде, а после автостопом добралась почти до поселка, где жила Ника. Километра три пришлось пройти пешком, но это даже лучше: пока шла, окончательно успокоилась, мысленно проиграла предстоящий разговор.

Когда навстречу, заливаясь лаем, выскочил Буран, Даша уткнулась в его мохнатую грудь. Буран, как теленок, пытался бодать ее лбом и наконец опрокинул на траву.

– Как вкусно пахнет! – сказала она идущей за ним Зафире.

– Я его специальным шампунем мою! – засмеялась та.

Они крепко обнялись. Те несколько дней, что они провели вдвоем в ожидании новостей о Нике, они почти не разговаривали. Но сейчас Даша поняла, что скучала по ней. Зафира ей искренне обрадовалась – тоже приятно! Не так много в мире людей, радующихся Даше Белоусовой.

Ника стояла на крыльце в своем домашнем сером костюме, придающем ей сходство с очень красивым ниндзя. Ее чудесные волосы волной лежали на плечах. Но, приблизившись, Даша увидела, что лицо осунувшееся, и вообще от прежней Ники в ней осталось чуть-чуть.