Перезагрузка

– Вот ваши документы, – вытащил из кармана пиджака тёмно-синие паспорта спутник Руумпера, англичанин, так же свободно владеющий русским языком. Он был агентом «глубокого залегания» СВР, работающим под прикрытием представительства английского географического сообщества в Бельгии.

Самандар открыл первый паспорт, прочитал:

– Мартин Полански, поляк, Гданьск. Это тебе. – Он протянул паспорт Василию Никифоровичу.

– Адвокат, практикует в Гданьске, имеет свою частную адвокатскую контору, – добавил Руумпер. – Все формальности соблюдены, сайт конторы работает, отзывы сформированы.

Самандар открыл другой паспорт.

– Брахим Бериша, албанец, уроженец Элбасана. Это я. – Он спрятал паспорт в карман.

– Ты говоришь по-албански? – осведомился Котов‑старший.

– Echte gjuha ime mature[6], – ответил Вахид Тожиевич на албанском языке, не моргнув глазом, перешёл на русский. – Все мы в Киеве будем разговаривать только по-английски. Хотя должны шпрехать и на языке паспорта.

– Nie powtarzaj, zgadzamy się więcej na ten temat w Moskwie[7], – сказал Котов по-польски.

– А вы кто? – поинтересовался Матвей у Самандара, не показав виду, что удивлён познаниями отца в польском языке.

– Сотрудник албанской военной разведки, – сказал немец по-русски, но с акцентом. – Прикрытие – правозащитная организация «Дуррес».

– Круто!

– Посмотри на свою ксиву, – посоветовал Вахид Тожитевич.

Матвей развернул паспорт, чёрный, с фиолетовым оттенком. На него глянула собственная фотография, под которой на двух языках, латышском и английском, было напечатано: Зигмунд Скуиньш, Латвия, Рига, улица Антонияс, дом 8.

– Скуиньш – чиновник, работает в ратуше, – добавил немец. – Курирует средства массовой информации, сотрудничает со Службой анализа информации при премьер-министре. Персональные данные проведены через все соцсети. За качество не волнуйтесь.

– По-латышски говоришь? – прищурился Вахид Тожиевич. – Повторил вопрос на латышском языке: – Latvijas teiciens?

– Promats, – ответил Матвей на латышском, выучив несколько обязательных фраз; о том, что он получит статус псевдолатыша, отец предупредил его ещё в Москве.

– Вы летите с нами? – посмотрел он на Ван Руумпера.

– Они – гаранты нашей безопасности на время всей операции в Киеве, – сказал Самандар.

– Извините, – смутился капитан.

– Вариантов три, – начал бельгиец. – Первый: всё идёт по плану, мы вне подозрений, находим подземелье под Лаврой и захватываем артефакты… в существование которых я лично не верю, честно говоря.

– Главное, что они существуют, – сказал Самандар. – Независимо от того, верите вы в это или нет. Многие из нас их видели, а три артефакта с нами.

– Вот как? – удивился Ван Руумпер.