Переводчик

Ответа от часового не последовало, и Олег подошел к нему вплотную. Боец переминался с ноги на ногу.

— Фамилия? — спросил Нартов.

— Рядовой Митин.

Олег аккуратно вложил Митину в солнечное сплетение, а когда тот повис у него на руках, судорожно хватая ртом воздух, сказал:

— Товарищ рядовой, Устав караульной службы здесь никто не отменял…

Боец надрывно дышал.

— Я больше не буду…

— Скажи спасибо, что никто тебя еще не убил.

Олег пошел дальше. Боец окрикнул его:

— Товарищ старший лейтенант! Только не говорите, пожалуйста, Романову, что я курил, а то он меня точно убьет…

— Ты мне будешь указывать? — спросил Олег.

— Нет, — замялся Митин.

— Несите службу, товарищ рядовой!

— Есть…

Уже подходя к палатке штаба, Олег услышал как из ""караулки"" вышел Фомин и спросил часового:

— Что за шорохи?

— Разминаюсь, замерз… — отозвался Митин.

В палатке Олег увидел сидящего за столом Романова с красными от недосыпа глазами. Так же за столом сидели Серебров и Шумов.

— Разрешите? — спросил Олег, остановившись в проходе.

— Заходи.

— Вызывали?

— Да, — кивнул командир. — Присаживайся.

Нартов присел на лавку. Романов ткнул в карту три раза:

— Вот отсюда, отсюда и отсюда радиоразведка взяла перехват. Радиообмен велся на арабском языке. Одна из точек выхода передатчика в эфир находится в треугольнике, обрисованной нами территории, в пределах которой находится лагерь Абу Мовсаева.

— Запись этих переговоров у нас есть? — спросил Олег.

— Запись есть у радиоразведчиков, — сказал Романов.

— Ее кто-нибудь переводил?

— Скорее всего — нет. Радиоперехват имеет задачу установить только точку выхода в эфир…

— Юрий Борисович, надо бы послушать эту запись.

— Именно поэтому ты и летишь сегодня со мной в штаб группировки.

— Есть! — кивнул Олег. — Когда вылетаем?

— Как светло станет, в полк прилетит вертолет. На нем мы полетим на Ханкалу.

— Еще успею вздремнуть… — вслух подумал Олег.

— Иди, — усмехнулся командир. — Только не проспи…

Олег вернулся в блиндаж и забрался в свой спальник, сняв с себя только берцы. Сладкий сон навалился тут же, и Олег сразу уснул.

Утром, со свежей головой, он появился в штабной палатке. Романов с кем-то переговаривался по рации. Олег вошел в палатку и присел в углу на табурет. Когда Романов повернулся к нему, Нартов спросил:

— Собираться?

— Да.

— Есть, — сказал Олег и вышел из палатки.

В блиндаже Нартов надел разгрузочный жилет, вложил под него пистолет, затем взял в ружпарке у Красильникова свой АКМС. Снарядил патронами четыре магазина. Возле палатки штаба уже стоял вооруженный Мишин и три бойца его группы.

— Ты куда так вырядился? — усмехнувшись, спросил Володя у подошедшего Нартова.

— Туда, куда и ты… — отмахнулся Олег и вошел в палатку.