Отрок. Перелом

Давай, не мнись!

Строй воинских учеников встретил прибывшего старшого спокойно: ни усмешек, ни косых взглядов, скорее, любопытные и выжидающие. Разве только Ершик с Тяпой переглянулись, да Крас оценивающе смерил с ног до головы.

После приветствия подошел с докладом Одинец.

– Старшой! Десяток вернулся с… – чувствовалось, что Ефим просто не знает, что говорить дальше. Назвать их авантюру походом было бы верхом нахальства, и наставники, пожалуй, за этакое наградили бы не только нужниками. Веденя с интересом ждал, как вывернется приятель, а тот неожиданно для самого себя выпалил то, что обычно говорил Коник: – С учения!

Лука, уже подошедший к столу, хоть и не смотрел в сторону отроков, но внимательно прислушивался к ним и от такого заявления помотал бородой и хрюкнул что-то невнятное, но ничего не сказал.

А Одинец, справившийся с этим нешуточным препятствием, закончил доклад без запинок. Доложил, как положено, о раненых и убитом Касьяне. Добавил, что задача, поставленная наставником десятку на утро, выполнена. И, закончив, обнаружил, что пропали неуверенность и беспокойство, мучившие его с самого начала их похода. Он даже выдохнул с облегчением: теперь пусть у десятника голова болит, а с него этих нескольких дней за глаза хватит.

– Тогда так… – отдал свой первый приказ Веденя. – Сейчас за ложки, а как поедим – строиться. На смотр.

Обед, состряпанный из всего, что удалось добыть отрокам за день, оказался сытным, но вкусным его не назвали бы и дворовые псы Ратного. Еще совсем недавно, до начала учебы, никто из мальчишек и пробовать бы не стал такое варево, но сейчас ели так, что ложки гнулись. Рябой с Игнатом повернулись к отрокам спинами, чтобы не показать улыбок.

Короткий послеобеденный отдых Веденя использовал для тщательного осмотра снаряжения и оружия, обращая внимание на истрепанную и грязную одежду отроков, их нечесаные лохмы, прорехи в рубахах и нечищеные сапоги. Откуда в нем взялась такая въедливость, он и сам не знал, но по-другому у него уже не получалось. В конце концов, сделав несколько замечаний и построив отроков, он довольно толково распределил работы до ужина.

Веденя уже направился в сторону наставников, чтобы доложить о текущих делах и получить указания, когда заметил, что все споро двинулись, кому куда велено, а вот Крас так и стоял на месте с независимым видом, не трогаясь с места. Только заложил большие пальцы рук за пояс и разглядывал молодого десятника. Не с насмешкой или вызовом, а скорее с равнодушием и легким пренебрежением, словно спрашивал: ну и что ты со мной теперь сделаешь?

Красу с Ершиком, Тяпой и Бронькой Веденя поручил вычистить пустовавшую до того халупу: из разговора наставников в дороге он понял, что те решили заночевать здесь.