Акула пера в СССР

Днепр подмывал песчаные берега, русло менялось, стволы деревьев путешествовали вниз по течению — ровно до мыса, излучины, на которой стоял заводской район. Там твердая порода становилась непреодолимой преградой для реки, давая свободу вешним водам только в сторону заливных лугов и защищая город от наводнений. Это было даже странно — почему никому ни разу за десятки лет не пришло в голову сложить два и два — дубравы, излучина, мореный дуб, сумасшедшие деньги. Только братки в девяностые и сообразили на этом заработать! Кустарным способом, с помощью вот этих же самых водолазов, трактора и чисто конкретной матери срубили кучу бабла, вывозя за рубеж ценнейшую древесину.

— А как ты и твои архаровцы насчет подработки?

— В смысле? — прищурился Гахраманов.

— В том смысле, чтобы по дну полазить и стволы эти поцеплять, а их техникой на берег будут вытаскивать.

— Будет снаряжение и финансирование — мы только за. Корчи эти задолбали уже!

Даже он не мог сложить те самые два и два. Да и я бы не смог, если бы послезнанием не обладал.

— В общем — если предложение поступит, ты поддержишь?

— Поддержу, отчего нет? А в чем фокус, Гера? Что ты мутишь?

— Нью-Васюки станут центром вселенной, Рустик! Так и знай!

Гахраманов почесал затылок и задумчиво проговорил:

А потом я достал диктофон, поменял кассету, чтобы ненароком не загубить запись с опросом, и мы записали обращение от дубровицких спасателей-водолазов к несознательным пьющим гражданам. И про выколупанные глаза — тоже, хотя я сомневался, что шеф это пропустит в печать. Не то время!

Серость, серость — даже несмотря на майские погожие деньки и умытый дождем город! Даже множество деревьев и кустов, и сирень, и клумбы не скрашивали непроходимой серости. Дубровица была на восемьдесят процентов уничтожена во время битвы за Днепр в 1943 году и освобождена на полгода раньше остальной территории БССР — вместе с Гомелем и другими районами юго-востока. А потому отстраивать ее пришлось практически заново, из исторических зданий сохранились Успенский собор, костел, бывшая женская гимназия — там сейчас располагалась музыкальная школа и кинотеатр, где крутили повторно фильмы, уже показанные в «Беларуси». Еще некой архитектурной ценностью мог похвастать разве что интернат для детей-сирот, картинная галерея и пара-тройка домов в центре. Остальное — хрущевки, панельки, бараки, частный сектор и административные и культурные здания в стиле сталинского ампира или позднесоветского хай-тека вперемешку с классицизмом. Такое можно увидеть, наверное, в любом районном центре от Бреста до Владивостока… Угнетающее зрелище.