Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Память об их подвиге сохранится на долгие годы!"

"— Да твою ж мать, что происходит, старый ты козел! — заорал Колояр, которого с трудом удерживали двое лейтенантов, выкручивая руки за спиной.

Как бы Верн ни выводил меня из себя, сейчас я готова была аплодировать этому самоуверенному засранцу: так сбить пафос с Лэггера! Тот аж поперхнулся.

— Без крови одаренных Разрыв не закрыть, — не выдержав, вклинился Тивер, его трясло: он сам был в ужасе от того, что пришлось совершить.

— Что за чушь? — прошептала я.

Тивер говорил так убежденно! Похоже, что и остальные одаренные верили в это.

— О чем он говорит? — Теперь я смотрела на Лэггера. — Зачем их кровь, когда есть я?

— Слишком большой Разрыв. Князь Данкан изучал его несколько месяцев. Крови ткача недостаточно, однако он проводил эксперименты и пришел к выводу, что, если добавить к небольшому количеству крови ткача кровь любого одаренного — эффект усилится кратно. Тебе придется это принять, Алейдис.

— Нет… — выдохнула я. — Так нельзя. Вы не знаете точно! Я добавлю к флаконам свою живую кровь, это должно усилить действие! Я не верю, что выход только такой!

— По крайней мере нам нужны еще четверо. Может, кто-то из кадетов хочет вызваться добровольцем? Вернон?

Вернон угрюмо молчал.

— Тогда предоставим Алейдис право выбора. Сегодня она правит бал.

Сердце тяжело бухнуло в груди. Порой я ненавидела Верна до зубовного скрежета, да и Лесли с трудом выносила, но они не заслужили такой жуткой судьбы. Не говоря об Алеке. Ронан же и Ярс просто уже стали частью моей души. И… Он ведь не имеет в виду, что Тайлер участвует в жеребьевке?

— Я никого не стану выбирать, — глухо ответила я. — Нет. Гори в преисподней, Вальтер.

От его презрительной усмешки бросило в пот. Лэггер еще припомнит мне это пожелание, он ничего не забывает.

— Тогда пусть решит судьба. Офицеры, исполните свой долг.

— Не верьте ему!

Нам почти удалось перетянуть лейтенантов на нашу сторону, но хитрый паук Лэггер напомнил об обязательствах одаренных перед жителями Империи. К тому же никому из них не хотелось самому оказаться жертвой.

— Ничего личного, дружище. — Тивер похлопал Вернона по плечу, и тот дернулся, будто уже превращался в кусок льда. — Мы всегда знали, на что идем. Знали, что наше жизнь — служение.

— Это твои слова или Фрейна? — рявкнул Ярс. — Если твоя жизнь служение, так давай, сигани сейчас в пропасть. Займи место любого из желторотиков! Или что? Молодец против овец?

Тивер отвернулся, прикусив губу.

Нас разделили, пленников повели вперед, уставив стики между лопаток.

— Тай, беги, — прошептала я. — Ты можешь прыгнуть. Прямо сейчас.

— Никогда, — тихо ответил он.

Шаги, отмерявшие последние мгновения чьей-то жизни, неумолимо приближались к финальной точке.

— Здесь, — указал Лэггер. — Ну же, Алейдис.