Клан Пепельного Шторма: Изгой (СИ)

Губы Микки снова задрожали. Учитель продолжил:

— Сразу видно, кто из вашей тройки кто. Ты серая, верно? Та, что следует своим интересам. Понравился мальчик, решила помочь и подружиться с помощью магии? Я давно прошу короля надеть на весь ваш род ошейники, пока вы здесь учитесь.

Девушка возмутилась:

— Без лисьей ипостаси я ослабну.

Блондин отошел к окну и махнул рукой:

— Без ваших лисьих ипостасей спокойней жилось бы остальным. Мне нужно время, чтобы вызволить Рэма. Отправляйтесь в подземелья и слезно умоляйте о встрече с ним. Ваша задача сделать так, чтобы его не убили до того, как все будет готово.

— Будет готово что? — не понял Игу.

Мирэ холодно улыбнулся:

— Очень опасный, но надежный способ вытащить его из-за решетки, разумеется. И одним ударом решить несколько моих дел. Ментальные маги прибудут через три дня и оправдают его. Но для этого он должен прожить эти три дня не в камере. Мне все равно, как вы это сделаете. Кто-нибудь должен быть там неотрывно.

— Но у нас занятия и тренировки, — возразила Микка.

Учитель бросил короткий взгляд в сторону слепой и отрезал:

— Ваши проблемы. Я вернусь завтра к вечеру. Сделайте так, чтобы до этого момента Рэм дожил. Об остальном я позабочусь.

Багровая вспышка — и адепты снова остались в комнате одни. Только Ри продолжала перебирать обрывки тряпок, сооружая что-то непонятное.

— Что будем делать? — спросила Микка, и в глазах ее блеснули слезы.

После слов о магии верить девушке совсем не хотелось. Игу немного подумал и сказал:

— Есть одна идея. Отправляйся к себе, дальше я справлюсь сам.

Девушка немного поворчала и ушла. Когда за ней закрылась дверь, к нему подошла Ри. Игу с удивлением рассматривал то, что слепая держала в руках. Девочка соорудила куклу. Круглая голова была плотно набита лоскутками, шея перевязана толстой ниткой, узелки на углах полотна изображали кисти и стопы.

— Что это? — спросил он.

Девочка ткнула пальцем в стену, за которой располагалась комната Рэма. Затем маленький пальчик уперся в грудь Игу. После этого тряпичное безобразие с величайшим почтением было вложено в руки юноши.

— Я должен передать это Рэму? — немного подумав, спросил он.

Девочка радостно закивала. Какое-то время Игу рассматривал черную повязку, надежно скрывающую глаза девочки, а затем решительно сказал:

— Пожалуй, отдашь сама. Идем, у меня есть идея.

Слепая прижала игрушку к груди и с готовностью ухватилась за ладонь Игу."

"Рэму снился огонь. Он плыл в бесконечном огненном океане. Кожа горела, каждая клетка его тела превратилась в ожог, губы распухли, а язык не ворочался. Казалось, эта боль никогда не кончится. Иногда он просыпался и обводил мутным взглядом свою темницу. Тогда он понимал, что происходит, стискивал зубы и снова засыпал.