Пепел

В общей сложности — около трех сотен.

Эш спустился с помоста и подошел к капралу. Неприятный человек — низенький, с испариной на лбу и кучей меха на воротнике плаща. Понятное дело — зима, холодно, но вон, воины стоят в полном облачении, а греются лишь тряпичными подкладками. Того и глядишь отморозят себе чего, а полу-чинуша, полу-штабной потеет…

— Вы здесь главный? — с ленцой поинтересовался капрал.

Эш уже открыл рот, но тут низкорослый служивый согнулся от боли, страшно кашляя и харкая кровью.

— Крыса плющезадая, — сплюнули рядом — это был Рэккер, державший свой ростовой посох с красивым орнаментом в виде парящих воронов. — Вы имеете честь говорить с милордом Генералом Седьмого легиона!

Капрал продолжал харкать кровью, а его подчиненные стояли не шелохнувшись, никто не хотел иметь дело с двумя магиками.

— Прошу… простить, — продавил сквозь кашель капрал.

Эш кивнул «правой руке» и лейтенант, смачно выругавшись, отменил Слово. Рэккер не подавал виду, но баронет понял, что его заместитель только что потерял большую часть сил. Подобные кровавые Слова легко подчинялись малефикам, в простонародье — чернокнижникам, но для Волшебника игры с ними могли стоить дороже, нежели головокружение и слабость на несколько дней.

— Капрал, — ледяным, как снег лежавший вокруг, тоном произнес Эш. — Немедленно освободите моих легионеров, а потом проваливайте вон, если не хотите, чтобы я познакомил вас с остальными. Уверяю вас, они очень любят надзирателей… Любят, во всех смыслах этого слова.

Эш не понимал смысла последнего уточнения — таким оборотам юношу научил Рэккер, но, как бы то ни было, низенького чинушу пробрало. Тот что-то резко скомандовал, и солдатня кинулась отпирать клетки, благо легионеры, сидевшие в них, уже имели на своих шеях черные ошейники.

Каторжники вырвались наружу, мигом сбиваясь в кучки. Одетые в какие-то непотребные, грязные, вонючие рубища, они жались друг к другу, дабы хоть как-то согреться. У кого-то босые ноги уже почти почернели от холода.

— «В расход» — спокойно оценил ситуацию Эш. Обмороженные ему не требовались.

— Вы еще здесь? — гаденько улыбнулся Рэккер, а потом как-то странно качнул тазом. — Вы так жаждете нашей любви?

Капрал одновременно позеленел и побледнел, а потом разве что не сорвался с места в карьер, набирая немыслимую для его конституции скорость. Солдаты поспешили следом. Эш все так же не понимал смысл телодвижений и фраз своего приятеля, а также почему каторжники начали ржать в голос. Видимо в этом всем было нечто такое, что забыли упомянуть многочисленные учителя во дворце.

— Труби общий сбор, — скомандовал Эш. — А этих, — юноша кивнул в сторону новобранцев. — Давай ко всем. Кто упадет на построении, того псам на прокорм.